Бригада (1-16)

Он отвернулся и посмотрел куда-то вдаль,

— Победа… — мечтательно сказал он. Затем взгляд его снова стал жестким; он посмотрел Буцаеву прямо, в глаза и повторил слова, сказанные Степанцовым на утренней пресс-конференции. — Пусть победит сильнейший.

Белов развернулся и быстро пошел к входу. Буцаев не нашел, что ответить.

XXXIXОгромный зал был залит ослепительно-ярким светом. Публика томилась в ожидании зрелища. Время от времени по рядам проносился шум, раздавались хлопки, свист и крики. В раздевалке Белов проводил последний инструктаж. Он уже переоделся и теперь был в простых спортивных штанах и белой футболке.

— Делай все, как запланировали, и все будет в порядке, — говорил он боксеру, поправляя на нем красный шелковый халат с белой надписью Russia.

— Иди до конца. Ничего не бойся. Рубись! Мы победим!

Степанцов рассеянно кивал; было видно, что он слышит едва половину слов Белова. Ватсон возился с чемоданчиком; суетливо перекладывал флаконы с коллодием и вазелином, тщетно пытаясь скрыть свое волнение. Белов достал из сумки белое полотенце секунданта. И заметил, как напрягся Степанцов — взгляд его стал чужим и враждебным, словно он ожидал чего-то подлого, вроде удара в спину.

Саша повертел в руках белую материю.

— Я вот что думаю, — с расстановкой сказал он. — Белый флаг нам не понадобится!

Степанцов, набычившись, молчал. Белов решительно смял полотенце и бросил в угол. Он вытащил из сумки старенькое, ветхое полотенце с олимпийским мишкой. Рисунок кое-где стерся, сама ткань истончилась, но от него веяло каким-то теплом.

— Мне кажется, это больше подойдет. Не возражаешь?

— В самый раз. Когда мне было четыре года, у меня было точно такое же.

— Вот и отлично! — Белов ударил Сергея по перчаткам.

 — Не люблю красивых фраз, но помни: за тобой — Светлана, Федор, Ватсон, я и вся Россия.

Мы с тобой и есть Россия. Будь сильным!-

Степанцов кивнул, попрыгал на месте и нанес несколько сокрушительных ударов невидимому противнику. Ведущий вызывал боксеров на ринг. Белов похлопал Сергея по плечу.

— Пора! Пошли за победой!

Степанцов мгновенно изменился. Он полностью переключился и больше не реагировал ни на какие внешние раздражители; в голове была только одна мысль

— о предстоящем бое. Белов повернулся к нему спиной, Сергей положил руки ему на плечи.

Позади боксера, с чемоданчиком в руке, встал Ватсон. Они на секунду замерли, а потом, словно повинуясь какой-то неслышной команде, двинулись на ринг. До начала поединка оставалось несколько минут.

Два роскошных черных лимузина стояли рядом. Шмидт с наигранно-восхищенным видом обходил машину. Он цокал языком и качал головой, повторяя одно и то же:

— Вот это да! Вот это да!

Эти слова предназначались Ревазу. Коротышка нервно курил, прислонившись к «Кадиллаку».