Бригада (1-16)

– с ехидцей согласилась мать, протягивая сыну очередной кусок.

– Ну все, мам, все, я побежал. Ты не волнуйся, хорошо?..

– Саня, помни – ты обещал!.. – строго напомнила она ему в спину.

– Ну что ты, мам! Так, пивка немножко – чисто символически!.. – ответил Саша уже с лестницы.

Быстрая дробь молодых ног по лестнице – и Татьяна Николаевна осталась одна, с полупустой сковородкой и вилкой в руках.

– Ох уж этот Космос… чтоб он пропал!.. – в сердцах пробормотала она и закрыла за сыном дверь.

II

Кубарем скатившись вниз, Саша выскочил на улицу и попал в руки своих до предела возбужденных друзей. Они навалились на Белова все разом, тискали и нещадно лупили его по спине и плечам.

– А заматерел-то как, заматерел-то!

– Разъел будку на казенной перловке!

– Сколько шпионов поймал, Белый?

– С возвращением, Санек!

Кое-как освободившись от дружеских объятий, слегка помятый, но радостный Белов воскликнул:

– Ну что, братья, – по пиву?!

– Какое пиво? – скривил губы Космос. – Сперва потрындим немного, а потом – по б…

Он вдруг осекся и опасливо покосился на Фила, выразительно разминавшего свой могучий, чем-то напоминающий медный пестик, средний палец. Пчела прыснул:

– Слышь, Сань, этот клоун, – он кивнул на Космоса, – предложил за каждый матюган – бобон по лобешнику. Так я уже все пальцы о его лоб расквасил, а Филу – ничего, нравится.

– Так куда мы потом, а, Космик? – ласково спросил Фил.

– Ну… по этим… как их… по девушкам… – натужно закончил тот с такой уморительной гримасой обиды, что все грохнули дружным хохотом.

– Придурки! – потирая лоб, засмеялся и Космос. – Ну что, погнали?

Компания мигом загрузилась в машину, и старый «Линкольн» довольно резво рванул с места.

– Оцени тачку, Санек, – принялся хвастаться Космос. – Круто, а? А костер на крыльях видел? Энди Уорхолл рисовал! Такая вообще только у меня и у Майкла Джексона, понял?!

– Так он же негр, и к тому же – голубой! – подколол с заднего сидения Пчела.

– А что, у голубого негра не может быть классной тачки? – резонно возразил Фил.

– Пчела, да ты расист! – заржал Космос. – А ну-ка, сынки, держитесь крепче за свои задницы, сейчас дядя Кос покажет вам класс!

«Линкольн» вырулил на проспект, и Космос ударил по газам. Нарушая все писанные и неписаные правила, огромный автомобиль с аляповато раскрашенными бортами ринулся вперед, отчаянно лавируя в плотном потоке машин.

Вслед ему неслись возмущенные гудки и проклятья водителей, но пассажиры «Линкольна» всего этого словно не замечали. Гиканьем и свистом они подгоняли своего рулевого, и тот выжимал из видавшей виды машины все оставшиеся в ней силенки. Заглушая натужный рев мотора, в салоне во всю мощь грохотала лихая музыка Си Си Кэтч.

– Давай на смотровую, Кос! – крикнул Саша.