Ребус Галла

Возможно, когда-нибудь, лет через десять или пятьдесят, история Маргариты Суховой заинтересует какого-нибудь писателя или же, учитывая веяния времени, — сценариста, и ее жизнь ляжет в основу толстого романа, а то и длинного, как прыжок кенгуру, мелодраматического телесериала под названием «В поисках любви» или же «Где ты, единственный?». Повинуясь закону хеппи-энда, книга (или кино) обязательно закончится оптимистично: красавица, преодолев массу приключений и разочарований, отыщет Настоящего Мужчину (интеллигентного, умного, богатого, обожающего детей и ненавидящего футбол), сыграет свадьбу и успокоится. Читатели (или зрители) всплакнут и, прошептав: «Так не бывает», приступят к изучению следующего мыла. Не менее захватывающего.

Ибо мемуары Маргариты (если они когда-нибудь будут написаны, разумеется) могли потрясти воображение любого драматурга.

Но и книга, и телесериал, и Настоящий Мужчина — все это, возможно, будет потом. Пока же неугомонная Маргарита пребывала на этапе приключений и разочарований: раз в два-три года выходила замуж, тщательно выдаивала бедолагу, после чего возвращалась к поиску Настоящего Мужчины. В смысле искала новую жертву. Любовью в действиях Маргариты и не пахло, только холодный расчет, а потому состояние госпожи Суховой уверенно росло от свадьбы к свадьбе.

— Нет, ты видел? Ты видел, что она натворила? — кипятился Инций, паркуя свой голубенький с розовыми звездочками «Лексус» у бизнес-центра. — Ты видишь, что происходит? Она обратилась к Юрьеву. К Юрьеву, клянусь алиментами Спящего! Этот зверь отожрет у меня «Кастрюлю» и не поперхнется. — Инций так сильно сдавил голову руками, что на коже остались отпечатки колец. — Они меня уничтожат!

В отличие от эмоционального конца, его спутник, шас, казался воплощением спокойствия и хладнокровия. Аккуратный классический костюм, неброский, но стоящий, как малолитражная машина, простенькая прическа на пробор, уложенная в лучшем салоне, скучное выражение лица (врожденное) и бумажка перед глазами. Банам Турчи ни на секунду не прекращал трудиться: он постоянно читал какие-то документы, или по текущему делу, или по следующему, делал пометки или говорил по телефону.

Выслушав конца, Банам оторвал взгляд от очередной бумажки и с холодным достоинством напомнил:

— А у нее — Юрьев. Он из самого Климовича на бракоразводном процессе отбивную сделал! Этот чел кого угодно сомнет!

— Тогда почему ты его не нанял? — осведомился Турчи.

— Юрьев играет только за женщин, — уныло ответил Инций. — Принципиально.

— В таком случае сиди на скамейке запасных и не вякай. Говорить буду я. — Адвокат убрал документы в портфель. — Ты помнишь наш план?

Банам подозрительно покосился на конца:

— Ты злой полицейский, я — добрый.