Ребус Галла

 — Через час-полтора Милана объявит, что Берислав погиб в заурядной автокатастрофе. Семьдесят лет рулил, как какой-нибудь Сенна, а теперь поцеловался с деревом!

— Сенна плохо кончил, — припомнил Мечеслав.

— Значит, рулил, как Шумахер.

— Ты в ярости, — мягко произнес повелитель Сокольников.

— Да, — не стал скрывать повелитель Марьина. — В ярости, чтоб их всех Спящий заклевал!

— И, разумеется, не веришь результатам расследования.

— Почему — разумеется?

— Потому что ты всегда ставишь под сомнения слова жриц.

— А ты во всем с ними соглашаешься.

— Ты знаешь, что это не так.

Ратомир не выдержал жесткого взгляда Мечеслава, отвернулся и чуть тише признал:

Признал искренне. И повелитель Сокольников слегка расслабился.

— Хотим мы этого или нет, Ратомир, но только маги способны точно расследовать смерть Берислава. Только они способны почуять чужое вмешательство. Нам остается доверять их выводам.

— У тебя есть основания для подозрений?

Ратомир тяжело посмотрел на друга и поправил висящий на груди медальон с гербом домена — символ своего положения. Напускная веселость осталась позади.

— Мечеслав, я пришел, потому что полностью тебе доверяю. Несмотря на твое положение будущего принца-консорта.

— Которое автоматически назначает меня подпевалой жриц, — спокойно закончил повелитель Сокольников.

Ратомир оставил его слова без внимания и предельно серьезно продолжил:

— Я пришел, потому что твоего слова мне достаточно. Если ты скажешь, что о нашем разговоре никто не узнает. Я подчеркиваю — никто, мне будет этого достаточно. Если ты затянешь бодягу об интересах Великого Дома Людь, я уйду и унесу свои подозрения с собой.

— Возможно, меня ждет автокатастрофа, — с нехорошей улыбкой ответил Ратомир. — Но ты не разделишь со мной эти проблемы, чтоб их Спящий заклевал.

Всем своим видом повелитель Марьина демонстрировал, что раскопал что-то очень серьезное. А значит, торопиться в Вешняки не следует.

Мечеслав достал из бара бутылку коньяка, плеснул в два бокала, добавил дольки лимона… и решился:

— У тебя есть мое слово.

Тянуть время Ратомир не стал. Он поднялся на ноги, вернулся к двери, приоткрыл ее и пропустил в кабинет высокого белокурого парня, чем-то смахивающего на молодого бычка.

— Это Избор, дружинник домена Вешняки.

Мог бы и не уточнять — выправка здоровяка говорила сама за себя.

— Барон. — Избор по-уставному склонил перед Мечеславом голову.

Повелитель Сокольников сухо кивнул в ответ и вопросительно посмотрел на Ратомира.

— Рассказывай, — приказал тот дружиннику.

Избор, который до сих пор стоял по стойке «смирно», послушно начал доклад:

— Я встречаюсь с фатой Вереей из дружины Дочерей Журавля. Мы знакомы семь лет, и дело идет к свадьбе. Наши семьи не против.