Была, конечно, небольшая вероятность того, что человек, подмахнувший зажигалку, не раскроет ее секрета, какое-то время попользует по прямому назначению, а когда бензин закончится, оставит ее себе в качестве красивого сувенира. А ну как начнет ковыряться? Более того, не на шутку встревоженный Завьялов не исключал и того, что заваруха в кафе как раз и могла быть затеяна для того, чтобы под шумок эту самую зажигалку увести. Если так, возникает закономерный вопрос – кто? Менты? Вряд ли, вернее – очень сомнительно. Почему? Да потому, что менты в таком разе все сделали бы честь по чести, обстоятельно и с официальным изъятием под протокол.
Но с другой стороны, вроде как больше эта запись никому и не нужна? «Короче, случайно или нет, но попробовать разобраться следует», – так рассудил Завьялов, который, будучи профессионалом, знал, что при определенных обстоятельствах любая мелочь достойна самого пристального внимания. И в этом с ним был абсолютно солидарен вышеупомянутый генерал Рейнхард Гелен. В незаслуженно забытом ныне романе Юлиана Семенова «Приказано выжить» Гелен, рассуждая о важности мелочей, ссылался на знаменитую сцену в «Броненосце „Потемкин“» Эйзенштейна.
Он говорил так: если в кадре с Потемкинской лестницей детская коляска покатилась намеренно, значит, создатель фильма был самым настоящим немцем, поскольку он внимателен к мелочам, а если она покатилась случайно, по недоработке ассистентов, то тогда все равно честь и хвала режиссеру – значит, он умеет и в мелочи заметить главное.
На следующий день убитый горем Шеба, у которого этой ночью «какие-то суки» угнали новенькую «вольво», свел Сергея Гавриловича Завьялова с дознавателем Центрального РУВД Жуковым.
Минут десять потенциальный заказчик и потенциальный исполнитель с деланным сочувствием выслушивали стенания и матюги временно переквалифицировавшегося в пешеходы посредника Шебардина, после чего вежливо, но настойчиво попросили его удалиться. Оба собеседника были людьми деловыми, а посему каждая минута их времени измерялась в денежных знаках: у Жукова – в отечественных, а у Завьялова – в у.е.
То, что разменявший второй десяток службы в правоохранительной системе капитан Жуков с незапамятных времен и до дня нынешнего ходил всего-навсего в дознавателях, смущало очень многих коллег, кроме его самого.
В неформальной милицейской табели о рангах, которая в официальных штатных расписаниях, понятное дело, не учитывается, дознаватели делятся на три категории. К первой относятся те, кто когда-то читал закон об ОРД и, в принципе, знает, как надо работать. Специалисты-дознаватели второй категории – это те, кто своими глазами видел, как надо работать (опять же в принципе).
