Ребус. Расшифровка

– Николай Григорьевич, спроси-ка у своего, в какую сторону «Вольво» пошла? – попросил Нестеров. – К Литейному?… «Семь-три-пятый», вызывает бригадир… Паша, в вашу сторону со Шпалерной сейчас будет выворачивать «Вольво»… Полина знает, какая, покажет… Поводите ее аккуратно, но не далеко, так, самую малость. Если что – кричите.

– Ты это зачем, Сергеич? – удивился Пасечник. – Нас же на связей не заряжали.

– Да так, надо одну идейку проверить. Да и мои пускай чуток разомнутся. Заодно стояночку поменяют.

Через пару минут Козырев отозвался:

– Александр Сергеевич! Мы за «Вольво» ушли направо на Робеспьера.

Здесь у нас остановочка. Механик из машины не выходит, похоже, ждет кого-то… Во… Точно… У нас выход объекта…

– Вы «семь-три-седьмого» в окрестностях наблюдаете?

– Хорошо посмотрели?

– Нормально посмотрели.

– Ч-черт! Григорьич, узнай, где этих чертей носит? Тех, которые, по твоим словам, якобы сейчас не бздят, а бдят.

Заметив, что посетители булочной уже проявляют к ним нездоровый интерес. Пасечник вышел на улицу и уже там заголосил:

– «Семь-три-семь» бригадиру «семь-три-третьего».

Эдик, ваша настроечка? В каком месте на набережной вы стоите?…

– Что за шум, а драки нет? – через некоторое время отозвался довольный голос Каргина. – Чего раскричались, отцы-командиры? Мы на Чайковского, в «Колобок» заскочили… Заканчиваем трапезу и возвращаемся на точку. Кстати, кому пирожков прикупить? Есть с мясом, с капустой…

– А не засунул бы ты себе эти пирожки знаешь куда?! – это в радиопереговоры двух бригадиров вклинился третий.

Поскольку Нестеров в данный момент находился рядом с Николаем Григорьевичем, его станция сейчас страшно фонила и, пугая прохожих, периодически издавала свистяще-ухающие звуки.

– Мои приняли груз. Там, на набережной. На твоей, кстати, точке.

– Во дела! – сказать, что Эдик был удивлен, – ничего не сказать. – Они же полчаса как за стол сели, небось еще до перемены блюд дело не дошло.

– Давай мотивацию поступков объекта ты потом проанализируешь, а?… Прими настроечку по «семь-три-пятому»: серебристая «Вольво», груз с механиком по Робеспьера вверх.

– Понял тебя, Сергеич. По набережной вверх. Все, не боись, мы их в два счета догоним, – с этими словами Каргин спустился с небес, то бишь из радиоэфира на землю и, расталкивая народ, кинулся к машине, оставив на кассе пакет с горячими пирожками.

– А Ростик, оказывается, далеко не дурак – классная у него придумка с кабаком получилась, – не без одобрения крякнул Нестеров. – Небось, не только наш Эдик, но и рубоповский Кудрявцев купился: народ-то на именинах наверняка, и правда, до вечера гулять будет, а именинник тем временем тихо и по-английски свалил.