Робкое дыхание (СИ)

У той перехватило дыхание, она впервые явственно почувствовала, насколько мужественным и красивым был граф Елистратов. Пресвятая Дева Мария, о чем она думает в такую минуту? Но сейчас ей чувства были обострены до предела, и происходящее виделось в ином свете!

— Не подходите ко мне близко, отойдите! — потребовала она, и её кулачки уперлись в грудь Аркадия.

Одна бровь мужчины вопрошающе поднялась к верху.

— Могу ли я предложить вам нюхательную соль или успокоительное средство?

— Аркадий, перестаньте!

Впервые Виктория назвала его просто по имени, и ему это понравилось. Единственное, что его не устраивало — интонация.

— Я вышел в отставку, потому что Его Императорское Высочество предложил мне службу при дворе!

Его слова прозвучали, как раскат грома среди ясного неба. Виктория растерялась, весь её пыл и нарастающее раздражение исчезли мгновенно. От удивления она не сразу нашлась, и её ротик забавно приоткрылся.

— Цесаревич позвал вас на службу?

— Да! Я вижу, вас это удивляет.

— Если честно, то да….

Аркадий улыбнулся и взял Викторию за руки.

— У вас холодные ладошки, это не хорошо, — почти ласково произнес он и потянул девушку на себя. Она не заметила, как оказалась в его объятиях. Отталкивать его не было ни сил, ни желания.

Она прикрыла глаза. Было невероятно уютно в крепком кольце мужских рук. Разом все тревоги оставили Викторию, и она почувствовала, как напряжение отпускает её.

— Почему вы раньше об этом никогда не говорили? — шепотом поинтересовалась она.

Аркадий с наслаждением вдохнул запах волос Виктории, и крепче прижал её к себе.

— Я не люблю об этом говорить.

— Вам не нравится ваша служба?

Мужчина криво улыбнулся.

— Поверьте, Виктория, если бы не нравилась, я бы не стал её выполнять.

— Вы меня окончательно запутали. И в чем же заключается ваша служба при дворе?

— Я хороший стратег, и покончим с этим. Более вам знать не положено. Виктория, я прошу, не воспринимайте мои слова, как оскорбление или недоверие к вам. Просто зачастую мои дела имеют секретное значение.

На сей раз Виктория не усомнилась в правдивости слов графа. Её пальчики осторожно расположились на груди Аркадия.

— Вы окружены тайной, Аркадий Витальевич…

— Снова имя-отчество? Разве друзья обращаются друг к другу по отчеству?

— А мы теперь друзья?

Тут Аркадий покривил душой. Друзей не обнимают с такой нежной страстью, и мысли греховные от простых объятий не возникают! Но он не желал бороться с собой, как не желал размыкать рук. Напротив, его сокровенным желанием было отнести Викторию к себе в комнату и любить её до утра.

— Вас невозможно понять, Аркадий, — призналась Виктория, и сама удивилась, как легко его имя слетело с её губ. — Откровенно говоря, вы меньше всего производите впечатление служивого человека.