Родословная до седьмого полена
Если она в северную столицу помчится, там контейнеры сожрет и в Москву с ними прилетит, я тебе сто тысяч баксов дам»…
— Вот тут я не выдержала, закричала: «Как ты мог! Катя живая девушка! С ней нельзя так! Контейнеры разорвались, героин высыпался. Вы ее убили!»
Юлия взяла у меня пустую чашку и опять направилась к кофемашине.
— И тут Вадим начал хохотать так, что слезы по щекам потекли, заорал: «Я, по-твоему, кретин, да? Никакой наркоты и в помине не было. Пусть дуру ловили бы, нехай все в клочья у нее внутри разорвалось бы и высыпалось. Ничего не случилось бы. Ничего!»
Милованова сложила руки на груди.
— Оцените мою глупость! Я задала вопрос: «Почему?» Он прямо со смеху покатился.
— Да сода в упаковках была! Пищевая. Ею посуду моют, от изжоги пьют. Какой от нее вред?
Юлия, забыв взять новую порцию кофе, села на диван.
— А до меня все равно не доходит. Зачем тогда про наркотик говорить? Вадим подошел, ладонью меня по лбу похлопал. «Ау, войдите. Включи, наконец, кукушку. Мы с Петькой поспорили. Если Катька ради меня согласится героин из Питера в Москву бесплатно из-за любви тащить, Петька мне сто тысяч гринов отвалит.
— Потом он еще водки выпил и заснул, а я долго не могла в себя прийти. Сначала холодно стало, потом жарко, после снова озноб затряс. Понимаете?
— Вы Катю не знали, а я ее как книгу читала. Внешне Катюша всегда выглядела спокойной, рассудительной. А на самом деле внутри у нее эмоции кипели. Мне вмиг стало понятно, почему моя подруга умерла. Да, сода вреда не причинит. Но Носова-то полагала, что перевозит героин. Катюша на редкость законопослушной выросла.
— Врач дает пациенту таблетку из сахара, уверяет, что это новейшее импортное средство от болезни. И особо впечатлительные, внушаемые люди выздоравливают.

















