Родословная до седьмого полена
Грамотность английского текста я оценить не могу, но тот, что на русском и французском, всегда безупречен, как в лексическом, так и в грамматическом плане. Нефти, угля, масла и других, подобных им, «экологически чистых составляющих» в косметике из Кореи нет. То, чем ты намазюкал морду лица, шей, рук, исключая зыркалы и едало, не имеет ни малейшего отношения к настоящей корейской косметике. Ты приобрел нечто непотребное, сваренное в подполе избы в далекой деревне ловкорукими гастарбайтерами из ближнего зарубежья. В качестве последнего штриха отмечу: корейцы никогда не настаивают на употреблении всей своей линейки, наоборот, они пишут, что гель для умывания и лосьон можно взять от любого производителя.
— Хватит умничать! — взвился Дегтярев. — Немедленно сделай из меня нормального человека!
— Нельзя ставить перед женщиной невыполнимую задачу. Нормального человека из тебя мне не по силам сделать. Могу попытаться стереть «маск» с твоего лица. Зачем ты вообще намазюкал морд?
Александр Михайлович сел на пуфик.
— Ну… Щеки у меня как у английского бульдога стали. Морщин полно. Тяну на все девяносто. Да еще толстый.
Мне стало жаль толстяка.
— Не расстраивайся. Сейчас ее уберем. Вот мицеллярная вода, сначала ею лицо протри, потом умойся гелем и вновь станешь белокожим. Средства эти отлично удаляют всю косметику, они ни разу меня не подводили.
Дегтярев ушел, вернулся минут через десять.
— Почему ты до сих пор не умылся? — удивилась я.
— Три раза сделал, как ты посоветовала, — жалобно заныл полковник, — результата ноль.
— Похоже, «маск для морды лица, шей и рук» сделана на основе универсального клея, — вздохнула я.
Следующий час я пыталась избавить Александра Михайловича от восхитительного омолаживающего средства, пустилась во все тяжкие: мыло для тела, гель, которым моют ноги… «Маск» не дрогнула. В ход пошли разные скрабы: для личика, тела, пяток… Лицо приобрело серый оттенок. Малый успех всегда вдохновляет на великие подвиги. Я притащила обычное растительное масло, винный уксус, крупный сахарный песок, гущу из кофемашинки, потом выжала сок из лимона.
— Идем по верному пути, — обрадовалась я и приволокла из кладовки порошок для посудомойки.
— Уверена, что им безопасно пользоваться? — закапризничал Дегтярев.
— Как пакость из «угл, нефт и масл» намазькивать, так пожалуйста, — возмутилась я, — это средство для посуды, оно не ядовитое.

















