Рыцарь Ордена

– Мамка! – кинулся я к ней на шею.

– Горик, ты что, с ума сошел? Ты же вон какая дубина вымахал. И что случилось? Мы же только утром виделись, неужели успел соскучиться?

– Ага, – счастливо сказал я, заметив взгляд Снегиря, который, кажется, только сейчас поверил моей истории.

– Ну ладно, слезай, каланча.

– И вовсе я не каланча, – обиделся я. – Я средний в классе по росту.

– Точно. Середнячок во всем.

Я заметил, как у мамы насмешливо блеснули глаза.

– Ладно, герой, рассказывай, каких таких хулюганов ты привел в дом. – Она передразнила кого-то из старушек.

– Каких хулюганов? – не понял я.

 – Что там эти сплетницы наплели?

– Егор, нехорошо так говорить о старших?

– А как о них можно говорить, если они сплетничают о младших?

– О, здравствуй, Костя. – Моя мать увидела Снегирева. – А я думала вы с моим сыном враги, как это говорят, до гроба?

Снегирь покраснел и в поисках поддержки посмотрел на меня.

– Вчера поругались, сегодня помирились. Наши годы детские, – припомнил я выражение мамы и передразнивая ее.

– Понятно. А что за второй хулюган? Тоже одноклассник?

– Нет, – помялся я. – Я с ним недавно познакомился.

Точнее не с ним. – Я лихорадочно размышлял, стараясь придумать историю поправдоподобнее.

– Что-то ты темнишь, сын мой. – Она прошла ко мне в комнату. – Ого, вот так сокровище. Как тебя зовут?

Рон вскочил с кровати и вежливо кивнул, с испугом посматривая в мою сторону.

– Антон. Его зовут Антон, – вклинился я.

– Понимаешь, мама. Мы недавно познакомились с его дядей. Да, с дядей. Он бывший десантник. Воевал в Афгане и Чечне. А сегодня иду, смотрю, его племянник сидит почти голый и плачет. – Рон стрельнул в меня сердитым взглядом, мол где это ты видел, чтобы я плакал, но благоразумно промолчал.

 – Оказалось, какие-то подонки украли почти всю его одежду и обувь, а ему пришлось босиком удирать от них. – Я кивнул на перебинтованные ноги мальчика. – Ну не бросать же его было? А тут Костя появился, ну и помог мне донести его до дома. Я бы один не справился.

– Понятно. – Мама поджала губы. – Развелось всякой швали. Даже детям проходу не дают. А ты, герой, что вскочил? У тебя же ноги болят. А ну-ка ложись, я посмотрю, а то я знаю своего охламона.

Рон с заметным облегчением лег.

Мама быстро разбинтовала ноги.

– О боже, бедный малыш. – Она наложила новые повязки. – Егор, наверное, стоит сказать его дяде.

– Да. Я и хотел отправиться к нему. Но он придет только к семи.

– Очень хорошо. Антон, не ошибусь, если скажу, что эти два охламона не догадались тебя накормить?

– Ага, так я и думала. Ладно, я сейчас. Вы ведь, мальчики тоже не ели. – Дверь за мамой закрылась.

– Я, пожалуй, пойду, – несмело сказал Снегирь.

– Сиди. Если уж мамка решила накормить нас, то она тебя просто так не отпустит.