Самец взъерошенный

– Не сметь! – прорычала Тарготао. Этой собаке только дай волю – искалечит любого. Тарготао нужен здоровый муш, а не калека. Она пнула Шпако в зад и оттолкнула в сторону.

– Не бойся! – сказала пленнику, стараясь придать голосу мягкость. – Тебе понравится.

Муш что-то ответил, Тарготао не поняла, но оскалилась и указала на войлок. Муш затравленно оглянулся и сел. Тарготао, нажав на его плечо, опрокинула голубоглазого на спину и, присев, стащила с него набедренную повязку. От открывшегося зрелища у нее стало влажно в промежности. Тарготао торопливо расстегнула пояс с оружием, сбросила сапоги и стянула кожаные штаны. Рубаху с нашитыми на ней железными пластинками снимать не стала – незачем. Придет время, и она насладится всем телом муша, но сейчас достаточно короткого соития. Тот уймет горящий в ее чреслах огонь и покажет воинам, кому принадлежит этот самец.

На вид ее обнаженного тела муш не откликнулся. Тарготао удивилась. Самцы в орде истекали соком, как только видели ее без штанов. Правда, самцов у нее всего двое, и они не сумели подарить ей ребенка. Голубоглазый сможет! Надо ему помочь. Тарготао знает как.

Она склонилась над мушем, но тот вдруг завопил и попытался вскочить. Подскочившая Шпако прижала голубоглазого к земле. Ей явно хотелось заслужить прощение.

– Отпусти! – велела Тарготао.

Шпако отскочила. Тарготао потянулась к поясу, лежавшему на земле, и вытащила из ножен кинжал.

– Смотри! – сказала мушу, приблизив лезвие к его глазам. – Будешь кричать, отрежу язык. Мне он не нужен. Веди себя смирно, и не пожалеешь.

Муш умолк и уставился ей за спину. Взгляд его выражал удивление и испуг. Тарготао усмехнулась и воткнула кинжал в землю – только протянуть руку и взять. После чего склонилась над промежностью самца.

Его рывок ногой стал внезапным. Колено муша врезалось предводительнице в подбородок. Зубы Тарготао щелкнули, после чего пришла темнота…

Игорь пришел в себя от тряски. Он лежал животом на чем-то мягком, и это мягкое тряслось и двигалось. Он открыл глаза. Темно. Вернее, сумрачно. Игорь словно смотрел через плотную ткань. Спустя мгновение он догадался, что это ткань и есть. На голову ему надели мешок. Плетение ниток рогожи – грубое, сквозь отверстия просматривалось частое мелькание. Его везут. Куда, кто?

Игорь подвигал руками и ногами. Те оказались связанными. Стоило попытаться поднять руки, как тянуло вниз ноги, и наоборот. «Я лежу животом на спине лошади, – догадался Игорь, – руки привязаны к ногам ремнем, пропущенным под ее животом. Хреново!»

Его слегка мутило, саднил ушибленный затылок, но он усилием воли заставил себя об этом забыть. Не время. Нужно вспомнить, что произошло, и определиться, как быть дальше.