Самоход. «Прощай, Родина!»

Ешкин кот! Сюда T-III несется! Видимо, немцы слышали стрельбу пушек, а рация на уже подбитом T-IV не отзывается. Вот они и решили проверить, что с экипажем случилось.

Виктор отполз, вскочил и бросился к самоходке. Закрыв за собой люк, он подключился к ТПУ – танковому переговорному устройству, иначе его приказы в шуме двигателя никто не услышит.

– Парни, к нам немцы на танке едут. Антон, разверни машину вправо, Яков, заряжай «катушкой». Юнус, как только танк покажется, сразу бей, и еще раз – для верности.

Немцы самоходку не видели и потому допустили роковую для себя оплошность – они остановились на самом краю.

Лощина хоть и пологая была, глубиной всего лишь три-четыре метра, но в месте, где сходились края и был отрыт капонир, склон был крутоват.

Самоходчикам был виден лоб корпуса и небольшой участок днища танка. А броня снизу самая тонкая.

Пользуясь тем, что немцы пока их не увидели, Юнус начал крутить маховики. Обзора вниз приборы наблюдения у танкистов не дают – мертвая зона. Но если люки откроют и выглянут, сразу засекут.

– Командир, угла возвышения не хватает!

– Антон, задом десяток метров.

Самоходка взревела мотором и сползла вниз.

И почти сразу после остановки – выстрел. Второго делать уже не пришлось, раздался взрыв. Сильный, видимо – в боеукладку угодили. С танка сорвало башню, из погона вырвалось пламя – на десяток метров вверх, и взрывная волна, ворвавшись даже через смотровые щели самоходки, обдала жаром.

– Ни фига себе! – только и смог выговорить удивленный Антон.

Люки хоть и закрыты, но не герметичны, а у механика-водителя он как раз на только что подбитый танк выходит. Два люка боевой рубки вверх смотрят – там волна слабее была.

Вокруг танка трава пересохшая от жара вспыхнула.

За один бой два танка подбили – это безусловный успех, не каждый такой удачей похвастаться может. А главное – самоходка и экипаж целы.

Только и у немцев подозрения появились, они ударили по лощине из тяжелых минометов. Из пушек бить бесполезно, снаряды поверху пройдут. А у минометов траектория полета мины крутая, они сверху падают, и при определенном опыте минометчики могут попасть в одиночный окоп. Но самоходке осколки не страшны, только прямое попадание машину может изувечить.

Немцы били наугад, самоходку они не видели.

Разрывы стояли сплошной стеной, грохотало сильно. По броне били осколки, камни, комья земли.

– Вот суки, хоть бы мотор не повредили, – бросил в сердцах Антон.

Они сидели молча, пережидая налет. Внезапно в наушниках зашипело:

– Седьмой, Седьмой, где вы?

Виктор узнал голос комбата.

– Седьмой – Первому. Машина и экипаж целы, подбиты и сожжены два танка! – не удержался Виктор.

– Отлично! Где находитесь?

– В лощине, рядом танк горит.

– Вижу. Я думал, его артиллеристы подбили.