Самоход. «Прощай, Родина!»

Немцы потеряли четыре танка и отступили. Правда, один подбитый танк с разбитой ходовой частью успели зацепить тросами и утащить с поля боя.

К исходу сорок второго года и наши, и немцы активно занимались эвакуацией подбитой техники. Они по ночам выдвигали на «нейтралку» тягачи и тащили в свой тыл пригодную к восстановлению бронетехнику. Иногда после небольшого ремонта танки или самоходки возвращались в строй, порой из двух-трех разбитых машин восстанавливали одну – даже подразделения специальные ремонтно-эвакуационные создали. И случаи в связи с этим бывали разные.

То наши и немецкие эвакуаторщики схлестнутся у одного танка, перестрелку между собой устроят. А как-то раз на поле боя заглох наш КВ-1, для немцев – лакомый кусок. Под прикрытием артиллерии они подогнали к нашему танку два своих T-III – один просто бы не смог отбуксировать КВ. Зацепили тросы, потащили. Однако наш механик-водитель включил передачу, завел с ходу двигатель и притащил в наше расположение два немецких танка, абсолютно исправных. Только экипажи немецкие по дороге сбежали.

По зимнему времени темнеть начало рано. В самоходке было стрелковое оружие – на внутреннем левом борту пулемет ДП и два автомата ППШ.

Была еще ракетница – ею подавали сигнал красной ракетой для своих самолетов, чтобы они не сбросили бомбы на наши подразделения. Она-то и явилась причиной трагедии.

После боя все оружие – пушку, автоматы, ракетницу – необходимо было разрядить. Экипаж уже выбрался из тесной и загазованной рубки, и внутри остался только заряжающий – Олег Вихров. Нажал он случайно на спуск или зацепился за что-то, но хлопнул выстрел. Экипаж увидел, как рубка внутри озарилась красным огнем.

Слышно было, как закричал Олег.

Виктор кинулся к самоходке: он командир и должен был спасти заряжающего и машину.

Он заглянул в открытый люк – Олег сорвал с себя телогрейку и пытался сбить пламя. Ракета шипела, горела, разбрасывая искры, и летала от борта к борту.

Вспыхнула промасленная ветошь, которой обтирали снаряды от пушечного сала.

Ракета залетела к механику-водителю, где располагались моторы и бензобаки. Потеки масла вспыхнули мгновенно, еще немного – и огонь доберется до бензина.

Заряжающий выбрался из самоходки.

– Бежим, сейчас рванет!

Стоит загореться бензину, как рванут снаряды.

Едва они отбежали на безопасное расстояние, как из люков рвануло пламя и сильно ахнуло. От взрывной волны самоходчики попадали.

– Твою мать! – не выдержал Виктор. – А что случилось-то?

– Ракетница выстрелила, – чуть не плача объяснил Олег. – Я достал ее из чехла, а она…

Виктор похолодел. Он командир, и ему отвечать, хотя его вины нет.

А к самоходке уже бежал комбат.

Самоходчики выстроились, и Виктор поднял руку к ушанке в приветствии.