«Сандал», которого не было

А сейчас я вас больше не задерживаю!

Заскрипели по паркету отодвигающиеся стулья. Сандаловцы направились к двери.

– И да, еще… – как бы невзначай вспомнил Коцубенко.

Бойцы остановились и развернулись. Генерал подошел к ним вплотную.

– А кинжал Борза вы не нашли?

– Какой кинжал? – спросил Мухтарыч, ощущая, как потяжелел левый рукав его куртки. – Из легенды? Так нет такого кинжала!

– Как нет? Какая легенда! Борз с ним не расставался! И я своими глазами видел его на видеозаписи!

– Был у него самодельный кинжал, – кивнул Мухтарыч.

 – Откованный в местной кузнеце. Мы его выбросили.

– В болото, – уточнил Аюб. – Не таскать же с собой улику, выводящую на Борза. Тем более никакой ценности он не представлял…

Генерал обвел всех пристальным взглядом.

– Так и было, – подтвердил Док.

А Лось и Тихий молча кивнули.

– Ладно, свободны! – без тени недавнего дружелюбия отрезал генерал.

Бойцы вышли из кабинета, а Коцубенко продолжал смотреть им вслед, даже когда дверь закрылась. На его лице отражалась целая гамма чувств, разобраться в которых не смог бы никакой психотерапевт. Да и сам он вряд ли мог в них разобраться…

В приемной бывшие сандаловцы попросили у Людочки бумагу и сели писать рапорта.

Вампир ожидал, удивляясь, что процедура затягивается. Еще больше он удивился, когда заглянул через плечо Мухтарыча: «Прошу уволить меня с военной службы в связи с ухудшением состояния здоровья…» Он заглянул в другие рапорта – они не отличались разнообразием. Только Аюб и Док просили уволить их в связи с ранением.

Когда они вышли на улицу, Вампир спросил:

– Вы что, заранее сговорились?

Офицеры покачали головами.

– Каждый сам решил, – ответил за всех Мухтарыч.

Вампир заметил, что настроение у ребят улучшилось: как будто они сбросили с себя тяжелый груз. Может, этому способствовал отчетливо ощущаемый в воздухе запах наступающей весны, а может, какие-нибудь другие причины.