Секс и ничего личного (СИ)

Каникулы после разговора с дядей отсвечивали обреченностью. Если я хоть сколько-то хорошо его знала, то в каникулы меня ждет настоящая осада из бесконечных звонков и караулы под воротами академии, и кап-кап-кап на мозги…

Мысль была безумной. Сумасшедшей просто. Я же только что расставалась с ним, вычеркивала из жизни и вообще…

— Хорошо, — я обвила гросс Теккера руками и ногами, чувствуя как напряженный член, едва едва касается входа, и как от этих прикосновений тянет, так сладко-сладко, и это ожидание того, что вот-вот будет почти так же приятно, как и само действие…

— Хорошо, я поеду с тобой к родителям.

Гросс Теккер выдохнул, и качнулся вперед, медленно заполняя меня и я зажмурилась от того, как же хорошо-хорошо-хорошо.

— Только можно я все же скажу, что ты моя девушка? — пробормотал Вив, кажется, моей груди, и я выгнулась навстречу его губам — очень правильное место для разговора!

А вопрос оставила без ответа.

Хоть горшком назови, только в печку не…

А боги с тобой, делай что хочешь, только не останавливайся!

— Привет, Кэсс! — Мартин плюхнулась рядом со мной, улыбаясь обаятельно и лучезарно, и я мысленно сжалась, понимая: сейчас меня будут пытать.

Возможно — с нарушением норм международного права.

— Слушай, а это правда, что это ты Амайю расколола и вынудила сдаться?

Я промычала в ответ нечто невразумительное и зарылась в сумку в поисках удобной причины не отвечать на неудобные вопросы, мечтая залезть в сумку целиком и застегнуть замок изнутри.

Академия гудела: даже смерть Луизы Бернар вызвала среди студентов меньший отклик, чем признание новость, что Амайю исключили из академии за кражу денег у покойной Бернар.

Откуда в массы просочилась эта информация, не знаю, но уж точно не от меня! Я сама услышала эту новость от сплетников, и когда мне позвонил месье Жаккар чтобы поделиться радостным известием, я уже была абсолютно счастливой желешечкой: словами не передать, как я боялась, что мой план сорвется, Амайя не пожелает признаваться и я останусь дежурной девочкой для битья у капитана Ламбера.

Но, тем не менее, распространяться и обсуждать случившееся и свою роль в признании Амайи мне не хотелось.

Мартин, без сомнения, видела, что меня от расспросов корежит как вампира от божественного благословения, не исключено, что даже сочувствовала.

— Приве-е-ет! — Пропела Эва, подсаживаясь ко мне с другой стороны и блокируя пути отхода.

Никогда, никогда в жизни я не ждала еще начала пары по латинскому языку с таким нетерпением.

— У нас тут гадают, как именно Амайе удалось украсть деньги и не навлечь на себя подозрения, — справа над ухом журчал завораживающий голос Мартин.