Секс и ничего личного (СИ)

Внутри отчаянно дрались, вырывая друг из друга клочья шерсти, два демона. Один требовал не брать от этого человека ничего и никогда и вообще сваливать поскорее, а лучше бросить все и еще разок переехать. А второй орал, что первый дебил, и на такой телефон мы заработаем еще не скоро, если вообще заработаем, а вот если он у нас будет, то как раз-таки станем еще более крутыми специалистами и точно заработаем и если что отдадим все до последнего сантима!

— Это слишком, — пробормотала я, вцепившись пальцами в колени, чтобы не вцепиться ими в телефон, потому что тогда мы с ним срастемся, как половинки “Полярной совы”.

Боги, пусть он сейчас скажет что-нибудь такое, что вернет меня с небес на землю, а ситуацию на круги своя.

— Ерунда, — отмахнулся дядя Квентин. — Мы же семья, а семья должна друг другу помогать. Я вижу, что ты пока еще не готова к разговору. Поэтому поговорим в следующий раз.

Он поднялся, и я дернулась, но он опустил мне руку на плечо.

— Посиди, отдохни. Наверняка, быть лучшей ученицей в лучшей правовой академии страны дело нелегкое. Я оплачу. И да, мой номер забит в телефон. Позвони мне, ладно?.

.

Дядя клюнул меня поцелуем в макушку и удалился, что-то весело насвистывая, не забыв задержаться у кассы.

На столе остались лежать булочка и телефон, а ароматный кофе отчаянно остывал в чашке…

Внезапно оказалось, что Морель симпатичная.

То есть, прям вообще симпатичная, не только голая.

Да и других достоинств у нее оказалось полно. И главным из них оказалось то, что с ней было легко и ненапряжно. Как с приятелем. С приятелем-умником, вроде Жан-Шарля Тессье, который втихую считает тебя чем-то вроде примитивной формы жизни, но по-дружески прощает тебе этот недостаток.

С таким на развеселую вечеринку до утра не закатишься, но и мозг за твои несовершенства от тебе выносить не будет.

Но с Морель, при всём при этом, еще можно было и потрахаться. Тут она обходила Шарля как стоячего!

Идеальная, в общем, девчонка: любит секс, умеет пошутить, не пилит… А что заскоком на тему учебы — так и на солнце есть пятна.

Я бы, может, вообще в нее влюбился — но Морель выставила условие “никаких отношений”, а с соблюдением договоренностей у нее был пунктик.

Провожая одобрительным взглядом круглую попу, обтянутую джинсами, я немного завис, а потому пропустил тычок локтем от Дамьена:

— Интересно, у нее вообще сиськи есть?

— Сейчас не будет, — с ленцой отозвался я.

Дамьен, не вдуплившись, весело уточнил:

— Зубов, говорю, у тебя сейчас не будет, если хлебало на завалишь, хамло. Морель, между прочим, про тебя гадостей не говорит.

— Ты охренел? — Сузил глаза друг.

А я не охренел, я набычился, уперся взглядом ему в переносицу и подобрался, готовясь собственноручно подтверждать свой прогноз.