Секс и ничего личного (СИ)

— Не морочь мне голову! — неожиданно рявкнул он, резко выходя из себя, и я против воли вздрогнула.

— Ты и без меня с этим прекрасно справляешься, сам себе заморочил, — я продолжала смотреть на Моранжа твердо и ровно, внутри слегка обмирая от того, что напротив меня сейчас бесится здоровенный мужик в компании еще двух таких же (теперь понятно, почему они Фонтэна с собой не взяли, кто ж этого худосочного на силовые операции потащит!).

Но внутреннее чутье подсказывало, что посреди академического коридора физически он мне ничего не сделает, только и хочет, что запугать, а раз я не имею ни малейшего намерения заверять его, что “все будет исполнено”, остается только давать понять, что “хрен тебе, бесись сколько хочешь”.

О том, что он может сделать вне академического коридора я прямо сейчас старалась не думать. Решаем проблемы по мере их поступления!

— Морель, серьезно, не в твоих интересах нас бесить, — спокойно вмешался Тессье.

— Просто отстань от Вива, — добавил ле Ру.

— А если такая умная, то посмотрим, как ты запляшешь, когда я накатаю на тебя заявление в полицию.

— Да? И что ты на меня заявишь? — я выгнула бровь.

— Мне тоже очень интересно, что вы планируете заявить на мадемуазель Морель, — раздалось из-за спины.

Этот голос я тоже узнала.

И он мне понравился еще меньше, чем голос Моранжа.

Вот почему служители порядка всегда не там, где они нужны? Вот выпущусь и обязательно это исправлю!

На мое счастье Моранж был задирой, но не сволочью.

— Что мадемуазель Морель отказывается скидываться на вечеринку по случаю Перелома Зимы, — быстро сориентировался он.

— Все идут, а она из себя недотрогу корчит. Я намеревался призвать полицию академических нравов!

Не знаю, что именно им двигало, но в моменте я была благодарна, что он не стал пичкать сказками о возможном привороте человека, который и так подозревается меня во всех смертных грехах.

Ладно, не во всех. В одном.

Капитан Ламбер судя по каменному выражению лица Моранжу не поверил ни на сантим и теперь сверлил меня взглядом, на что я неопределенно пожала плечами — да, вот такая вот я, чуждая вечеринок личность!

— Мне нужно побеседовать с вами, мадемуазель Морель.

Господа, будьте любезны продолжить разговор о вечеринках чуть позже, — и, не дожидаясь, что парни послушаются (а куда они денутся!), он продолжил: — Деканат позволил мне воспользоваться кабинетом психологии. Пройдемте.

И, не дожидаясь моего ответа (а куда я денусь!) он зашагал по коридору.

Я шла за следователем и размышляла о том, почему меня не вызвали в участок.