Секс и ничего личного (СИ)

На данный момент основная моя проблема — это убийство Луизы Бернар и подозрения следствия в мой адрес.

Дядя прав в целом: ситуация с расследованием развивается бесконтрольно и по наихудшему для меня сценарию.

Я не соглашусь с ним, будто я пустила это дело на самотек, и в этом моя ошибка — боги милостивые, как бы я вообще могла решить, что могу оказаться в подозреваемых, да и начни я искать себе адвоката сразу после убийства, то только навлекла бы на себя подозрения дополнительно, думаю. Так что тут дядя хватил лишнего. Но в том, что самостоятельно я с ситуацией не справляюсь — он прав.

Моих компетенций третьекурсницы на это не хватит.

Этот вопрос нужно решать, и решать самостоятельно, не дожидаясь, пока дядя “что-нибудь придумает”.

Что делают люди, у которых нет денег, но которым все же нужна помощь адвоката? Ищут бесплатного. Есть фонды, предоставляющие подобные услуги, есть специализированные организации — если бы я не расслабилась за три года в академии и если бы внезапный выверт следствия не стал для меня шоком, я бы сразу об этом подумала. Хотелось бы обратиться к профессорам за советом и рекомендациями, кому из них доверить свою защиту, но… пожалуй, здесь следует быть аккуратной.

Луиза была их студенткой точно так же, как и я, и я понятия не имею, какие и с кем у Бернар были отношения среди наставников. Нужно проявить осторожность и собрать предварительно информацию, чтобы не обратиться случайно за помощью к тому, кто выберет вовсе не мою сторону, а встанет на сторону бедной убитой талантливой девочки.

А еще, деятельность некоммерческих правозащитных организаций нам освещали в том числе приглашенные лекторы. Вряд ли за цикл лекций успели сложиться устойчивые симпатии и антипатии.

Вполне можно попробовать обратиться за консультацией к кому-то из них.

Я взбодрилась и пошла быстрее: нельзя сказать, чтобы наиболее насущная моя проблема была решена, но составленный план действий помог смотреть в будущее с оптимизмом.

И темень зимнего вечера сразу стала прозрачней и дружелюбней, и стало видно, что снег в мягком свете фонарей искрится, и это ничуть не уступает в красоте иллюминации, просто это совсем другая, не броская красота!

А самое главное — ледяной комок в животе подтаял.

Пусть не полностью, пусть не до конца, но с ним уже стало можно жить. И верить, что я справлюсь.

Кстати, насчет “справлюсь”!

Я вытащила телефон из кармана куртки и нашла в контактах гросс Теккера. Несколько секунд пришлось бороться с мучительным желанием как следует накрутить Вивьена, натравив на дружков-идиотов, но… Я ведь прекрасно знаю, что для Моранжа, поссорься он с гросс Теккером, виноватой все равно буду я — и приворот либо его отсутствие роли уже не сыграет. А Моранж — это очень, очень мстительная задница.