Секс и ничего личного (СИ)

— Но это не объясняет главное: почему маг, из которого, как вы сказали, пытались вырастить виртуоза с такими существенными усилиями, ни разу не попробовал получить этот статус?

— Да я просто сбежала раньше, чем дядя счел, что я готова!

Мне хотелось кричать: в последнее время удар следовал за ударом, и неудачные стечения обстоятельств выстраивались стеной, грозя превратиться в косвенные доказательства моей вины и погрести меня под завалом.

Спокойствие сохранять удавалось из последних сил.

И в целом, мсье Жаккар ведь был скорее прав, чем нет: добропорядочный маг, использующий свой дар, рано или поздно попадет в поле зрение системы.

Но…

Некоторое время мы просто сидели и молчали.

— Кассандра, — сказал он наконец. — Сейчас самое время поговорить со мной откровенно. Врать адвокату — это все равно, что врать врачу: не принесет пользы, но может фатально навредить. Вы имеете какое-либо отношение к убийству Луизы Бернар? Если да — скажите мне об этом. И мы вместе с вами подберем и разработаем стратегию защиты. Помните, я на вашей стороне!

Это всё было днем. А вот теперь я сидела на кровати у себя в комнате, и думала, что мне делать.

Я пыталась действовать по правилам, проявить доверие к системе, в которой собиралась служить… Но, кажется, моего доверия не достаточно для того, чтобы сидеть и ждать, пока следствие разберется.

— Эжени? Привет. Мне нужно с тобой поговорить, у тебя найдется минутка?

Открывшая на мой стук Эжени Лелюш, полненькая девица, кудрявая и рыжеватая, смерила меня взглядом, в котором читалось недоумение, но вежливость взяла верх, и она, поколебавшись, все же пригласила меня войти.

Что странно, я совершенно не нервничала.

Правда, и в успех своей затеи особо не верила.

Комната у Лелюш ничем особо не отличалась от моей собственной: тот же ремонт двух— , а то и трех-годичной давности, те же учебные принадлежности, расползшиеся по всем поверхностям… Это почему-то успокоило меня окончательно.

— Я Кассандра Морель… — заговорила я, но она не дала мне закончить, перебила.

— Я знаю, кто ты. Но понятия не имею, что тебе от меня нужно.

— Это я нашла тело Луизы Бернар. И теперь из-за этого следствие считает, что я могла ее убить. Я этого не делала, но доказать не могу.

У следствия, правда, тоже нет доказательств, что это я, но если у них не появится других кандидатов, то, боюсь, они так и попытаются повесить ее смерть на меня, так что я решила попытаться разобраться сама. Хотя бы в том, в чем могу. Мне сказали что она, оказывается, меня терпеть не могла — а я вообще об этом узнала уже после ее смерти. Ты не знаешь, в чем тут дело? Вы ведь были подругами.

— Я бы не сказала, что мы были подругами. Так, жили в соседних комнатах, — неохотно откликнулась Эжени, покусав губы.