Семья для мажора

— Ты меня с собой не возьмешь?

Снова вздохнув, он прикрывает глаза, и выглядит это очень страдальчески.

— Нет. Пока поживешь здесь, — говорит наконец-то. — До апреля, примерно. Я сейчас на мели, все деньги пущены в дело.

— Ничего не надо возвращать.

— Только не надо вот так командовать, — расчесываю волосы, глядя на него через зеркало. — Почему я не могу вернуть тебе деньги? Какую-то часть.

— Потому что у меня есть план, и все идет по плану.

— И что у нас по плану?

— Минет, — спокойно говорит Дубцов..

Выронив расческу, оборачиваюсь.

В его глазах снова пляшут черти.

Неосознанно скольжу глазами по большому спортивному телу, растянувшемуся на кровати. Перемещаю глаза на его ширинку и выступающий под ней бугор.

— Если не знаешь, что это такое, загугли, — издевается Кир.

— Кажется, знаю, — отвечаю в тон. — Это значит, что я должна тебе… кхм… отсосать, — выталкиваю из себя это слово, руша к чертям все внутренние запреты.

— Ты ничего не “должна”, — тянет Кир. — Все только по желанию.

Смотрю в его глаза, чувствуя, как растекается по животу пожар.

От его тела я с ума схожу. От его запаха тоже. Мысль попробовать его таким образом мне не противна. Она будоражит меня от макушки до пяток, потому что я знаю — это должно ему очень понравиться. И потому что мы никогда этого не делали.

Боюсь представить, что он вообще пробовал в “этом смысле”. Это будит мою ревность. Может быть, он пробовал что-то с этой Таней, ведь мы тогда не встречались…

Пытаюсь затоптать эту мысль раз и навсегда, но не уверена, что получится.

В комнате так светло, что я опять смущаюсь. Я никогда не видела его голого при таком ярком освещении, а вот Дубцову на это плевать. Наблюдая за мной, он медленно моргает.

Мне кажется, будто я вижу, как тяжелеют его веки и взгляд становится тягучим.

Подойдя к кровати, забираю с его колен ноутбук и ставлю на кресло у окна.

Кир размеренно дышит, не меняя позы.

— Мне все сделать самой? — переминаюсь с ноги на ногу.

Честно говоря, я не знаю, с чего начать.

— Иди сюда, — вздыхает, протягивая мне здоровую руку.

Забираюсь на кровать, перекидывая через его живот ногу. Оседлав его бедра, опускаюсь прямо на его пах и упираюсь ладонями в каменный живот, чувствуя его так, что приходится поджать на ногах пальцы.

Дыхание Кирилла учащается, крылья носа вздрагивают.

Пробравшись под мою футболку, он обхватывает ладонями талию, качнув меня вперед, а потом назад.

— Блин, — шепчу, напрягаясь между ног.

Сглатываю слюну, глядя в его глаза.

Шебурша под футболкой, накрывает ладонью мою голую грудь.

Соски напрягаются, и я выдыхаю в потолок, когда Кир обводит правый большим пальцем. Я чувствую толчок там, где соприкасаюсь с его пахом. Это неимоверно возбуждает.