Сердце Дракона

И я как бархан в пустыне — вольна идти туда, куда сама пожелаю.

— Не хочу тебя огорчать, дорогая, но бархан следует воле ветра. Куда тот подует, туда и бархан…

— Дорогая? — перебила Аркемейя. — Дорогой ты жену в постели называть будешь, случись ей продавать свое тело.

— Ты оскорбляешь мою будущую жену, полукровка?!

Хаджар и сам не знал, почему его так оскорбили слова, произнесенные девушкой… нет, существом, которого он и знал-то всего несколько дней.

— Нет, эту несчастную женщину я бы только пожалела, — скривилась Аркемейя. — оскорбляю я скорее твою варварскую тупоголовость.

Если тебе всласть бегать за свистком своего хозяина, то мне — нет. У меня нет хозяев. Мне никто не приказывает.

Хаджар скрестил руки на груди и пренебрежительно склонил голову на бок.

— Именно поэтому ты принесла какую-то там клятву и понеслась, на всех порах, в Сухашим — захолустье, как сама его назвала. И у кого из нас, по-твоему, нет хозяина?

Аркемейя обнажила сабли.

Синий Клинок оказался в руках Хаджара.

— Мы можем прийти в Сухашим как союзники и старые знакомые, Хаджар. Или можем прийти туда врагами.

— Ты не захочешь быть моим врагом, девочка.

— Девочка?! — позади Аркемейи вспыхнуло озеро лилового цвета. Бушующая энергия, вкупе с мистериями, нахлынули на Хаджара.

В них он ощутил всю мощь Истинного Королевства Парной Сабли.

Океан цвета небесной синева ударил о волну лилового сияния. Герцогство меча синего ветра ответило на удар Аркемейи.

Сабли высекли искры о меч. Жаркие и горячие, упав на песок, они мгновенно оплавили его в прозрачное стекло.

— Я понял тебя, Аркемейя, — прорычал Хаджар. — Сухашим теперь под моей ответственность.

Если я увижу тебя хоть на километр поблизости, то, не сомневайся, ты умрешь.

— Ты стал сильнее, варвар! Но не забывайся!

Волосы Аркемейи вдруг сплелись в тугое скорпионье жало и уже почти вонзились в грудь Хаджару, но в ту же секунду две белых молнии ударили с неба и оба мечника Даанатана исчезли, оставив Аркемейи и её ватагу сидеть одних около потухшего костра.

— И кто это был? — Том в который раз опрокинул к губам горлянку, но из емкости вытекло лишь несколько алых капель.

Том выругался, ударом ладони вбил крышку в горлышко и повесил “бутылку” на пояс.

Такими темпами он станет ярым последователем Пьяного Листа. Правда кроме него одного никто, во всей Империи Дарнас, да и других тоже, не овладел стилем Пьяного Меча.

Собственно, Хаджар вообще восхищался всеми, кто владел хоть каким-нибудь стилем. Самым замшелым. Пускай даже избитым, старым, бесхитростным и прямым, как стрела, армейским фехтованием.

Сам Хаджар не владел никаким и, без рассказанной ему Оруном техники, никогда бы и не овладел.