Сердце Дракона

Вернуло ли это твою возлюбленную? Стал ли ты богом? Остался ли среди смертных? Последний из тех, с кем я был истинно рад сойтись в битве… Я чувствую, что час нашей встречи близится… Надеюсь, ты готов к смерти.

— Но я хочу леденец! — маленький мальчик тянул мать за подол её платья. — Зачем нам цветок, мама?! Давай лучше купим леденец!

Молодая девушка, которая, по совместительству, была матерью ребенка, не сводила взгляда с торговца цветами. Прекрасный юноша с разноцветными глазами стоял посреди городской площади и кричал:

— Подходи, выбирай! Любой цветок — за пяток! Сдачи не даю, поцелую в оплату не беру! Подходи, выбирай, цветы с собой забирай!

Люди, в основном, конечно же, девушки и женщины, подходили к торговцу, а тут продавал им букеты из своего огромного мешка.

Один — краше другого.

Когда подошла очередь матери с ребенком, то тот, вдруг, увидел, как торговец протягивает ему красный цветок.

— Не нужен мне твой дурацкий цветок! — надулся отвернувшийся ребенок.

— А ты присмотрись, — вдруг прошептал торговец.

Мальчик повернулся. Цветок, который торговец медленно поворачивал в пальцах, так же медленно превращался в сладкий, сочный сахарный леденец.

Ребенок схватил его и тут же убрал за щеку.

— Фафифо, — прочавкал он и, вцепившись в материнский подол, уже вскоре исчез в толпе.

Торговец же, выпрямившись, посмотрел далеко на север. Оттуда дул ветер.

Жестокий и холодный.

Несущий в себе лишь смерть и одиночество.

Впервые, за многие годы, ему стало холодно.

— Я буду ждать тебя, — прошептал он, а затем широко улыбнулся и вновь повернулся к толпе. — Пришло время фокусов! Но спешу вас огорчить, я не фокусник а великий волшебник! Так что в этот раз в оплату беру не монету, а поцелуй! Если среди вас есть принцессы — оплату принимаю вдвойне!

Народ засмеялся и представление началось.

Аркемейя упала на землю её правая рука была по локоть обожжена, а по лицу стекали кровавые струйки. Одежды, которые она купила в Курхадане, превратились в рваное тряпье. На обнаженном животе и бедрах чернели жуткие гематомы.

На саблях, отличного качестве артефактах Императорского уровня, появились трещины и зазубрины.

Но, сколько бы она не билась со стеной синего пламени, который окружал беловолосого мечника, но так и не могла сквозь неё пробиться.

Земля вокруг уже давно превратилась в последняя артиллерийского залпа военного воздушного флота.

Вскопанная, разбитая, местами оплавленная и черная, как от копоти или сажи.

Лучшие, сильнейшие техники Аркемейи, сплав человеческого и демонического пути развития не смогли не то что пробиться, а даже ослабить стену огня, созданную неизвестной мечницей.

— На, выпей, — рядом с правым ухом Аркемейи что-то бултыхнулось.