Сердце Дракона

Чин’Аме посмотрел на Хаджара едва ли не с отеческой теплотой, а затем повернулся в сторону своей родины.

— Когда-то давно я задал тот же вопрос своему учителю, Хаджар. В тот день, на горе нашего павильона, была так же снежно, как здесь… Я повторю тебе его слова — Чин’Аме протянул палец и подхватил на подушечку маленькую снежинку. — Смотри, Хаджар. Это снежинка. Снежинка — это Хаджар Дархан. Вы не знаете друг друга и больше никогда уже не встретитесь. Для тебя эта снежинка — снежинка. Для неё ты — Хаджар Дархан. И, как бы ни был уникален Хаджар Дархан, для снежинки — он человек.

И, как бы ни был уникален этот кристалл застывшей воды, как бы ни был неповторим его узор, для тебя это — снежинка.

— А теперь подожди немного, — перебил Чин’Аме. Он нагнулся и задышал на палец. И, вскоре, снежинка превратилась в каплю воду. — Смотри, Хаджар. Это капля воды. Капля воды — это Хаджар Дархан. Была ли снежинка на моем пальце мгновение назад. Был ли Хаджар Дархан рядом со мной мгновение назад. Как, якобы, изменилась снежинка, так же изменился и ты сам. Но если вы оба изменились, то… может вы оба остались неизменны.

Чин’Аме сосредоточился, между его бровями пролегла глубокая складка, а затем он с облегчением выдохнул.

Капля воды превратилась в белую струйку пара и исчезла.

— Все в этом мире постоянно, Хаджар Дархан. Мой учитель однажды спросил меня — если все живое закроет глаза, то наступит ли конец света?

— И что вы ответили? — спросил он спустя несколько минут.

— Что я не знаю… так я ответил тогда и так бы я ответил и сегодня. И, если честно, Хаджар, мне кажется, что и мой учитель не знал верного ответа на этот вопрос. А он был учеником самого Ху’Чина, Синего Пламени.

Одного из последних истинных Хозяев Небе, кому не требовались крылья, чтобы подняться к облакам… Но эти времена остались далеко в прошлом. А сейчас просто спокойно дыши и слушай имя ветра. Не зови его. Лишь слушай. Слушая, всегда поймешь лучше, чем разговаривая.

Вплоть до самого вечера Хаджар и Чин’Аме провели в беседах о имени ветра.

Возможно, даже, это можно было назвать тренировкой.

— Ты уверен, Крыло Ворона, что это хорошее решение? — Рекка, все так же сидя на козлах между Хаджаром и Томом, не без скепсиса смотрела на ответвление тракта.

К широкой, каменной дороге, где без труда могли разъехаться восемь повозок (но на которой за все время пути отряд не встретил ни одной живой души) примыкала деревенская дорога.

Раскопанное, утоптанное углубление, в котором сейчас с легкостью можно было разглядеть две колеи. Что свидетельство о том, что, все же, на Ласкнаском Императорском Тракте были и другие путешественники, кроме Дарнасских диверсантов.

— Запасов еды хватит лишь на следующий день, — ответил фанатик ордена Ворона.