Сердце Дракона

Второго Эйнена ему не хватало… Философия островитянина сидела у него в печенках. А такой же, но пьяной со стороны Тома…

— Давайте лучше думать, как мы перейдем через завесу, — предложил Хаджар, указывая при этом на шатер. — Вряд ли Крыло Ворона протянет еще несколько дней… ну или действительно останется инвалидом.

— Мне на этого наемника плевать, — честно высказался Том. — что помрет, что калекой станет — это никак не сказывается на нашей миссии.

— Но он помог нам! — возмутилась Анетт. — больше, чем мы могли бы просить и надеяться и…

— И ты здесь сама-то что забыла? — усмехнулся, перебивая, Том.

— твоя родина далеко на юге… если ты пришла в Даанатан ради варвара, то — зря. Я видел, как ты на него смотришь — ты ведь его уже даже в постель не хочешь… Что ты здесь делаешь, человек-демон? Зачем рискуешь жизнью ради чужих тебе людей? Ах, да, постой, я понял. На родине тоже никому не нужна девушка, говорящая с мертвыми. А здесь тебя хотя бы камнями не забьют.

Взгляд Анетт смурнел, а вокруг её пальцев кружились зеленоватые всполохи магии.

— А ты, варвар? — не унимался Безродный. — весь этот твой образ преисполненного честью и отвагой героя простых людей.

Крестьян, фермеров, ремесленников. Тех кто слаб и беспомощен. Он разбивается вдребезги о секту Лунного Света или о Императора Ласкана. Так что ради чего ты здесь? Просто потому, что Император прислал письмо? Или потому, что ты все еще слишком слаб, чтобы наплевать на слова Моргана и те войска империи, который теперь стоят в Лидусе?

Хаджар промолчал. Не потому, что был зол на Тома, он просто… и сам не знал ответа на этот вопрос.

— Посмотрите на нас, — продолжил печально улыбающийся Том.

— все мы здесь собрались с вами, рискуем своей жизнью, пытаясь спасти Дарнас… нашу родину… но не потому, что преисполнены любви к ней. Не потому, что делаем это из-за чувства долга, чести, достоинства или какой-то другой требухи. А потому, что… нам больше некуда идти. Все мы здесь — изгои. А этот наемник… мне плевать на него. Но он хотя бы не отрицает, что делает все это за деньги. Так что думайте над своим очередным великим, — Том произнес это с явной насмешкой. — планом вдвоем. Мне плевать. Я просто буду делать то, что вы скажете. Ибо, как бы это печально не звучало, мне, кроме как вместе с вами, другого пути нет.

Том развернулся, прикрепил горлянку к поясу и потянулся пальцами к трещинке на каменной стене.

— Пойду посижу в дозоре, — не оборачиваясь бросил он.

Для адепта его ровня подниматься по отвесной, почти идеально гладкой стене, было так же легко, как прогуливаться по вымощенному камнем проспекту.

Когда Том поднялся уже на десяток метров, Хаджар ответил ему.

— Ты ошибаешься, Том… у тебя тоже есть дом.

Юноша замер на какое-то время.