Сердце волка

Дэйнар так задумался, разглядывая оранжевые цветы, что не сразу услышал чей-то тихий кашель.

Возле калитки стояла девочка лет тринадцати-четырнадцати. Девочка была самой обыкновенной — тёмные прямые волосы до пояса, глаза светло-карие, ореховые, и почти чёрное строгое платье с белым воротничком.

Необыкновенным было другое…

— Привет, — сказала она, дружелюбно улыбнувшись Дэйну. — Меня зовут Фрэн. А ты кто? И где дядя Форс?

Несколько мгновений юноша смотрел на неё, ожидая подвоха. Вот, сейчас, через секунду, её губы искривит насмешливая улыбка, а потом она произнесёт что-то типа: «Ну и урод!»

Время шло, но ничего не менялось.

Девочка продолжала глядеть на Дэйна с тем же вежливым дружелюбием.

А потом он вспомнил, что больше не в Арронтаре.

— Кхм… Он ещё спит, — кашлянув, ответил Дэйнар.

Фрэн удивлённо подняла брови.

— Дядя Форс… спит? В такой час? Удивительно. Что-то случилось?

— Ничего особенного. Просто у него… кхм… гость.

Девочка вдруг радостно улыбнулась и даже хлопнула в ладоши.

— Гость? Неужели дядя Вейн приехал? Как чудесно! — И она, толкнув рукой импровизированную калитку, вошла в сад.

Дэйнар с растущим изумлением наблюдал, как Фрэн решительно шагает вперёд, прямиком к нему, и протягивает для рукопожатия узкую ладошку.

— Ты, наверное, приехал с дядей Вейном? Как тебя зовут?

Оборотень почувствовал, как в груди что-то завибрировало, словно потревоженная натянутая струна.

Фрэн остановилась рядом, продолжая улыбаться. И она смотрела Дэйнару в глаза.

Ладошка у девочки была тёплой, сухой и немного шершавой, как у всех, кто много работает по дому.

— Я действительно приехал с Аравейном вчера поздно вечером. А он часто здесь появляется?

— Не очень.

Последний раз был, если не ошибаюсь, два года назад, — неожиданно Фрэн вздрогнула, покосившись на что-то у Дэйнара за спиной. — Ой!

Обернувшись, он обнаружил Чару. Всё это время аксал, видимо, бродила где-то в саду, изучая незнакомую территорию, и вот теперь вернулась. Прижалась к ноге Дэйна, выпрашивая завтрак.

— Не бойся, — юноша улыбнулся. — Это Чара. Мой аксал. Она хорошая.

Глаза Фрэн совсем округлились.

Девочка запнулась, наблюдая, как Чара трётся о ногу Дэйнара, совсем как кошка.

— Что? — он улыбнулся, наклонился и почесал её за ухом.

Чара заурчала, завалилась на бок и подставила Дэйнару пузо. Юноша засмеялся, но, услышав тихие слова Фрэн, изумлённо застыл.

— Аксалов невозможно приручить. Они дикие. А ещё проклятые.

Девочка опустилась на колени рядом с Чарой и неуверенно дотронулась кончиками пальцев до её живота. Аксал вновь заурчала и вытянулась сильнее, требуя продолжения ласки.

— Насчёт диких понятно. Но проклятые-то почему?

Фрэн пожала плечами.

— Я не знаю. Дядя Форс говорит, у всех зверей должен быть свой дом.