Сердце волка

Несколько секунд молчания — и Рат, откашлявшись, пробормотал:

Судя по дрожащим губам Грэя, его эта ситуация тоже забавляла. Он взял меня под руку, кивнул друзьям и пошёл по направлению к столовой.

Там нас уже ждали остальные, включая Эдди, который, увидев гостей, радостно бросился им навстречу.

— Дядя Рат! Дядя Дрейк!

Лица мужчин расплылись в улыбках. Эльф подхватил Эдвина на руки, а Ратташ начал щекотать мальчишку, из-за чего тот залился ещё более громким хохотом.

Я в этот момент смотрела на Дрейка. Его хмурая физиономия разгладилась, чёрные глаза заблестели, а улыбка придала ему мягкости и какой-то беззащитности.

Передо мной словно другой человек стоял. Точнее, другой эльф.

Он поднял голову и, наткнувшись на мой взгляд, вновь оцепенел.

Вопреки ожиданиям, вечер прошёл хорошо. Дрейк делал вид, будто меня не существует, разговаривая со всеми прочими и избегая встречаться со мной глазами. Я понимала — скорее всего, он делает это не потому что проникся выдержкой из книги, просто не хочет расстраивать друга.

Разговор тёк спокойно и непринуждённо. Я почти не вмешивалась, не желая привлекать внимание эльфа, но Грэй каким-то образом всё время умудрялся втягивать меня в беседу.

Я услышала много историй из их детства. Вспоминали в основном Гал, Ратташ или Грэй, а Дрейк отделывался короткими, незначительными фразами. Дарт и Тор, уставшие после рабочего дня, больше ели, нежели разговаривали, Араилис же слушала, рассеянно улыбаясь, будто мысленно находилась не здесь.

— Драться нас учили Аравейн, Гал и Гром, отец Дрейка, — рассказывал Рат. — Причём Аравейн и Гром начали гонять нас почти одновременно, а Гал сильно позже, когда мы подросли.

Больше всех доставалось, конечно, Интамару, поскольку положение обязывает, но и остальные должны были соответствовать.

— А как мы соревновались друг с другом, помнишь? — рассмеялся Грэй. — Всегда и во всём! Кто попадёт в мишень из лука большее число раз? Кто выстоит против Аравейна дольше десяти секунд? Кто сможет метнуть кинжал так, чтобы он воткнулся между камнями дворцовой стены?

— И кто побеждал? — поинтересовалась я.

— Когда как. Но чем старше мы становились, тем сильнее уступали Интамару.

Да, Грэй? — По губам Ратташа скользнула какая-то странная улыбка.

— Наследник престола, — Грэй усмехнулся, — обязан быть лучшим. И он это понимал. Да и император никогда в жизни не дал бы ему забыть об этом. В плане воспитания Эдигор всегда казался мне похожим на Эллейн.

— Вот уж нет! — воскликнул Рат, весело сверкая глазами. — Не припомню, чтобы его величество когда-либо пугал меня так, как Элли.

Я перевела недоумевающий взгляд с Ратташа на Грэя.