Сердце волка

Я провела пальцами по корешкам стоящих на указанной полке книг и остановилась на той, крайней слева. Она была обычной, не толстая, но и не тонкая, в тёмной обложке. Потускневшая надпись гласила: «Тёмноэльфийские проклятья. Справочник».

— Это одна из немногих книг на человеческом языке, — сзади послышался тихий скрип кресла: видимо, мужчина решил сесть. — Почти вся литература, посвящённая магии эльфов, пишется представителями этого народа на их собственном наречии. Книгу, которую вы держите в руках, написал человек, выросший при дворе одного из Повелителей тёмных эльфов.

Это большая редкость.

Я отошла от шкафа и села во второе кресло. Положила книгу на маленький столик зелёного цвета и открыла первую страницу.

Я хотела проверить свою догадку. И теперь взволнованно перелистывала листок за листком, вчитываясь в наполовину стёртые временем строчки. Никакого оглавления здесь не было.

Когда я добралась до середины, моё внимание привлекло изображение человека, из горла которого текла чёрная кровь. Хоть я и лекарь, но ни разу не видела ничего подобного…

Меня передёрнуло. Это как же надо ненавидеть того, кого проклинаешь, чтобы убить для достижения цели семерых котят! Впрочем, возможно, для магов Крови убийство невинных животных в порядке вещей.

Судя по Дрейку, он этих котят каждый день на завтрак ест и даже не морщится.

Я перевернула страницу и застыла, увидев заголовок…

Сердце вздрогнуло и пропустило несколько ударов.

Я прижала ладонь к книжной странице, изо всех сил стараясь контролировать пытающиеся прорваться сквозь кожу волчьи когти.

Магия Крови. Я так и думала. Но… зачем?

— Я не понимаю, — прошептала я, на секунду зажмурившись.

— Не понимаю…

— Чего ты не понимаешь, Рональда?

Я уже и забыла, что он здесь…

— Так не может быть, — я подняла голову и посмотрела мужчине в глаза. — Не бывает. Любое проклятье отнимает что-то у того, кто его накладывает. За боль нужно платить.

— Ты верно говоришь, — он кивнул. — Но такова наша природа. И эльфийская тоже, в сущности, они от людей не очень отличаются. Цель мнится нам настолько важной, что о средствах мы думаем не всегда. Кажется, что день расплаты никогда не настанет. А если и настанет… Что такое кусочек потерянной души по сравнению, например, с возможностью отомстить?

Кусочек потерянной души…

— Значит… именно это они теряют — душу?

— В том числе.

Любое убийство уничтожает часть души, Рональда.

— Всё равно не понимаю. Почему он так ненавидел Лил?

— Не обязательно именно Лил. Возможно, Грэя.

Такая мысль мне в голову не приходила.

— Нет. Всё равно не понимаю.

— Не ты одна, Рональда. Я сам ломаю голову над этой загадкой уже четыре года.

Он поднял руку и в задумчивости коснулся своего подбородка.