Сердце волка

Радовало это меня или огорчало? Не знаю. Ничего не знаю…

— Ронни… — тихий голос Араилис ворвался в мои ленивые мысли. Я отвернулась от окна и посмотрела на девушку. — Ты не сердишься на меня?

— Сержусь?.. — то ли вопрос, то ли утверждение… я сама не поняла.

Белые волосы Араилис казались мне продолжением лунного света. Красиво. Я в шестнадцать лет была совсем другой… впрочем, я и сейчас не слишком отличаюсь от себя прежней. Нос и волосы только стали иными.

— Да. Ты не сердишься? И не обижаешься? Ронни, пожалуйста, скажи.

— Кто из нас прорицательница, Ари? Ты же сама должна знать, сержусь я или нет.

— Я знаю не всё… И не всегда… Ронни, ну пожалуйста!..

Мне очень хотелось протянуть руку и прикоснуться к ней, чтобы утешить и поддержать. Араилис было трудно. Наверное, труднее, чем остальным, ведь она знала всё-таки немного больше других. Знала, но не говорила.

Но я не могла толком пошевелиться — боялась потревожить Эдвина.

— Я не сержусь и не обижаюсь, Ари. Честное слово.

Она так обрадовалась, будто я сказала что-то замечательное. А потом вдруг подалась вперёд и сжала мою руку.

В ту секунду глаза Араилис, вобравшие в себя лунный свет, казались мне не голубыми, а серебряными.

У меня перехватило дыхание, а сердце на миг будто остановилось. А потом забилось вновь — с удвоенной силой, когда я осознала, что именно поведала мне Араилис.

В любом случае… Это значит, что Эдвин останется жив во всех вариантах развития будущего! О Дарида, спасибо!

Я хотела выразить Ари свою благодарность, но никак не могла найти правильных слов, и просто хлопала ртом и глазами. Но она, кажется, и так всё поняла, потому что тихо рассмеялась и сказала:

— Только не говори об этом больше никому, как бы ни хотелось.

Я кивнула и, закрыв глаза, прижалась щекой к тёплому лбу Эдди.

Как странно — я не прожила здесь и месяца, а уже в мыслях называю мастерскую Дарта и Тора домом.

Именно об этом я думала, когда карета остановилась возле деревянного здания, и мы вышли наружу. Вокруг нас замерцал воздух — это Ари прощупывала пространство на предмет незваных гостей. Но их не было, и мы спокойно вошли в дом.

— Ронни? Ари? Что случилось, вы должны были прийти уже давно… И где Дрейк? — раздался голос Грэя. — И почему на тебе его плащ?.

Я никак не могла разглядеть Грэя. Черты его лица расплывались, размывались, словно отражение на водной глади.

— Я объясню тебе всё сама, Грэй. Ронни, иди наверх!

— Оставь её, потом поговорите.

Эдвин забормотал что-то во сне, и я, кивнув, поспешила на второй этаж. Быстро уложив мальчика, помылась и направилась в свою комнату. На пороге меня встретил громким лаем взволнованный Элфи. Я села рядом с хати на пол и обняла его лохматую шею.

Он обнюхивал меня, и я почти физически чувствовала удивление Элфи.