Сердце волка

Мальчик лет восьми-девяти, вымазанный грязью с ног до головы… горбун…

Лирин крикнула это почти с упоением, хватая из-под ног очередной камень.

Я вздрогнула и на мгновение остановилась, потому что…

Это точно не я сейчас там, барахтаюсь в грязи? Точно не я вылезаю из лужи и, не оборачиваясь, бегу так быстро, как только могу? Спотыкаюсь — ноге очень больно — но всё равно бегу. А что ещё остаётся?

Если бы я могла повлиять на эти события... Но ведь то, что я вижу — просто тени прошлого. Уже случившегося прошлого.

Лирин… Зачем ты так? Ведь это он, я знаю, что именно этот мальчик рассказывал тебе сказку про одинокого белого волка…

Наверное, я никогда этого не пойму.

Между тем мальчик завернул за угол ближайшего дома — и будто исчез.

Они добежали до строения и начали бегать вокруг, не понимая, куда мог деться горбун. Я только грустно улыбалась, наблюдая за маленькими оборотнями, в ярости пытавшимися нюхать землю.

Дурачки. Какие дурачки. Я-то точно знала, где спрятался горбун.

Отчаявшись искать, они всё-таки ушли. Я думала последовать за Лирин, но… не хотелось. Хотелось остаться здесь.

Мальчик, забившийся на крышу дома и прилипший к её чуть приподнятому краю, чтобы не нашли, спрыгнул через несколько минут.

Заозирался, как загнанный волк, сплюнул на землю грязь вперемешку с кровью. И провёл рукой по волосам — да, конечно, они сейчас не были такими блестящими, как в моих снах, но тем не менее…

Я узнала его. И застыла, прошептав:

Протянула руки, но… он не видел… конечно, не видел…

Ведь всё это уже случилось.

Дэйн выпрямился, схватившись за сгорбленную спину, поморщился, потёр больное место и поковылял прочь. В Северный лес.

А я шла за ним, как привязанная, боясь и в то же время желая, чтобы этот сон наконец закончился.

Дэйн останавливался почти каждую минуту и, прислоняясь к стволу очередного дерева, тяжело дышал. Лицо его бледнело всё больше и больше. Я понимала, отчего, слишком хорошо понимала, и безумно жалела, что ничем не могу помочь.

Он всё-таки дошёл. Дошёл до нашего любимого озера, вода в котором сейчас была отнюдь не голубой, а тёмно-серой. Стянул рубашку, на большее сил не хватило, и даже не прыгнул в воду, а рухнул туда.

Я опустилась на колени как можно ближе к озеру и принялась ждать.

Дэйн вынырнул спустя минуту.

Дрожа от холода, смывал грязь и кровь, а потом подплыл к берегу и, не выходя из воды, зацепился руками за землю и положил на них голову. И каким-то образом он сделал это именно там, где была я. Поэтому теперь я сидела и смотрела в знакомые и родные глаза, чувствуя себя бессильной, как никогда.

Всё его тело сотрясало от судорог. Я видела, что он прикусил губу, видела, как сжались кулаки, сминая траву, вырывая её из земли, видела, как из носа сочится кровь…

Он не мог ни видеть, ни слышать меня.