Сердце волка

Пусть они станут самыми горькими за всю мою жизнь, они же будут и самыми счастливыми.

— Не нужно оправдываться, — прошептала я и медленно провела кончиками пальцев по руке Нарро. — Вы ведь говорили мне, чтобы я уходила. Но я не послушалась.

Он молчал несколько секунд, а затем осторожно перехватил мою ладонь. И как же это было приятно…

Я покачала головой. Уловив это движение, дартхари вдруг повернулся и посмотрел на меня. Глаза его теперь были голубыми — настоящими. Но всё равно — я по-прежнему не могла смотреть в них спокойно… И опустила взгляд.

Я почувствовала, что он улыбнулся.

— Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь встретить мой взгляд. Я бы очень этого хотел, Рональда.

— Вы именно поэтому меня отпустили, — прошептала я, ощущая, как в мою ладонь из его руки перетекает тепло. Нарро согревал меня своей магией, которой во мне сейчас почти не было.

— Не только поэтому. — Он немного помолчал, а потом попросил: — Пожалуйста, обними меня. Я хочу обнимать тебя хотя бы сегодня.

Перед тем как прижаться к Нарро, я ещё раз посмотрела ему в глаза. Я почти заставила себя не отводить взгляд несколько секунд, рассматривая его лицо.

Я бы хотела, чтобы оно отпечаталось у меня на сетчатке. Чтобы не забыть ни одной чёрточки… чтобы, закрывая глаза, я могла мысленно увидеть Нарро.

А потом я осознала, что он смотрит на меня точно так же. Он делал то же самое — запоминал мои черты. И улыбнулся, заметив, что я поняла.

Я впитала в себя эту улыбку, а затем наклонилась и обняла его изо всех сил.

Это были печальные, но очень счастливые часы. Пожалуй, самые счастливые в жизни Нарро. Рональда прижималась к нему, позволяла гладить по голове, перебирать волосы, сжимать ладони. И он наслаждался этой близостью.

Он знал — в последний раз.

— Почему глаза не поменяли цвет? — прошептала она, вложив руку в его ладонь. — Почему они остались голубыми и у меня, и у вас?

— Я не знаю, — ответил Нарро просто. — Никто не знает. Мы с тобой стали первыми оборотнями, подчинившими своих волков до оборота, а не после, и уже в солидном возрасте. Возможно, если не поить волчат зельем, запирающим вторую ипостась до Ночи Первого Обращения, их глаза тоже не будут желтеть после первого оборота. Но проверять эту теорию я пока не решаюсь.

— Опять же, это лишь предположение… Жёлтый цвет весь ушёл в искорки, а кружатся они из-за магии. В том числе и магии Разума.

— А почему все в стае видели у вас жёлтые глаза? Зачем?..

— Когда я вернулся… я ненавидел наших с тобой сородичей, Ро. — Он почувствовал, что она вздрогнула, и легко коснулся губами её волос, утешая. — Я не хотел показывать им настоящие глаза. А потом… просто привык. Наверное, я слишком ко многому привык за эти годы.

Рональда вздохнула и задумалась. Прижалась сильнее и положила ладонь ему на грудь.