Сердце волка

Несколько лет назад, когда я рыла землю в поисках подземных грибов — они очень полезны для костей, особенно при переломах, — то наткнулась на необычный камень. Я знала, что такие камни называют ириалами. Они представляют собой давно засохшую и затвердевшую смолу ирвиса. Их находят очень редко, поэтому ириалы так ценятся. Ещё их называют Сердцем Арронтара. Хотя мне больше по душе другое название — Слёзы Арронтара.

Камень, который я нашла, был не очень большой, продолговатый, тёмно-жёлтый, и он так сильно походил на глаза дартхари Нарро, что я не смогла удержаться. Сделала вверху маленькую дырочку и повесила себе на шею. С тех пор не снимала…

Я сжала в руке свой ириал и изо всех дёрнула. Верёвка с громким треском порвалась.

Положив камень на листок бумаги, я вздохнула и задумалась.

Итак, у меня есть «предмет» для создания амулета — Сердце Арронтара. У меня есть цель — амулет от насильственного перевоплощения. Как его сделать? В учебнике не упоминалось ничего похожего…

С того дня, как я впервые увидела дартхари в волчьем обличье, я стала бояться за него. Возможно, это глупо, но… Я знаю, оборотни уважают и признают силу, но её избыток должен вызывать у них зависть. И в дартхари Нарро силы очень много. Я даже не представляла, сколько, потому что обычно видела его в человеческом облике. Он редко перекидывался на игрищах, чтобы не смущать остальных, особенно самок. «От Нарро невозможно глаз оторвать», — так однажды сказала Лирин, и она была права.

Я осознала это в полной мере, когда пришла посмотреть, как Вожак будет трепать Джерарда и Лорана за их проступок. Наверное, я волновалась за брата. Не знаю. Во всяком случае, я в тот вечер спряталась на краю Великой Поляны, в кустах, и затаилась, дабы видеть всё, что будет происходить.

У них не было ни единого шанса. Когда дартхари снял с себя одежду и стал огромным белым волком, даже я, так и не прошедшая Ночь Первого Обращения, почувствовала его силу. Точнее, мощь. Вожак был раза в два больше других оборотней… и это только если судить по размеру его волчьего тела, но ведь важна ещё и внутренняя сила... А она просто потрясала.

В тот момент на Поляне не было ни одной обращённой самки, но тем не менее я заметила, как задрожали все женщины. А потом я учуяла в воздухе запах возбуждения. Сладко-пряный, он заставлял меня дрожать не меньше, чем остальных. Но я при этом чувствовала ещё и какую-то звериную ревность.

К моему удивлению, сам Вожак в тот момент не пах никаким возбуждением. И это было странно… Общему настроению поддались все. Кроме него.

Он спокойно порвал в ту ночь Джерарда и Лорана, и так, что я несколько раз чуть не выскочила из кустов на помощь брату. Я не думала, что в той куче окровавленного мяса могла остаться жизнь.