Шанс для злодейки

Я обошла вокруг стола, быстро проверила ящики, подёргала светильники, посмотрела под картинами на стенах. На полках красовались книги, выложенные в алфавитном порядке: «Арифмософия», «Баталии при Леоранте», «Великий исход», «Единое собрание положений по градостроительным работам от 907 года», «Гербы и флаги изначальных родов: история и трактовки».

Это непередаваемое чувство, когда ты замечаешь нужное в последний момент. Я уже готова была отойти от полки, чтобы продолжить дёргать статуэтки за головы, шарить под коврами и всячески терять время. Но крошечная неправильность, металлический заусенец, царапнул взгляд и остановил меня.

Я схватила стул, вскочила на него и так смогла дотянуться до верхней полки. Кончиками пальцев подцепила туго сидящие среди кожаных переплётов «Гербы и флаги», потянула на себя…

За шкафом что-то щёлкнуло, и он начал поворачиваться, открывая проход в стене.

Я ожидала увидеть ещё один кабинет, но пространство за шкафом больше напоминало комнату для отдыха. Глубокие кресла приглашали посидеть в них, на ломберном столике — клетчатая доска с местными островерхими шахматами. Свет из кабинета играл на стеклянной полусфере, под которой прятались от пыли бутылки и стаканы.

В дальнем углу стоял коричневый секретер, к которому я и направилась. Звук шагов утонул в мягком ворсе ковра.

Средняя часть, которую обычно запирают на ключ, замочной скважины не имела. Вместо неё — вделанная в древесину круглая металлическая пластинка, похожая на монетку.

При виде неё по нервам пробежал азарт гончей, напавшей на след. Я уже видела такие системы у Дариана — магический замок, который можно отпереть только каплей крови. Хорошая штука, но несовершенная.

Потому что кровь родственника тоже сгодится.

Так, срочно нужно что-то острое. Пока что Радвин отвлекает отца, но кто знает, на сколько его хватит. Я сбегала в кабинет. Схватила нож для писем — зар-р-раза! Слишком тупой, чтобы порезать кожу, ещё и конец скруглённый. Я заметалась, кинулась шарить по ящикам, но в отличие от мессира, герцог не питал любви к очинке перьев. Проклятый чепец мешался, уменьшая обзор, время почти физически утекало сквозь пальцы.

Я была в таком состоянии, что укусила бы себя до крови, лишь бы раздобыть эту каплю, но тут вспомнила о рассечении на лбу. К счастью, оно ещё не успело зажить. Я вернулась к секретеру, сковырнула корку и прижала испачканный кровью палец к замку.

С тихим щелчком открылся запирающий механизм, я потянула дверцу вниз.

Внутри царил психопатический порядок: идеально ровные, как по линеечке, стопки бумаг, футляры, в которых рядами лежали бриллианты размером с горошину, в центральном ящичке — гербовая печать. Бес, вечно нашёптывающий на ухо, подначивал всё тут переворошить и устроить хаос.