Шатун. Казачий князь

Добрый был конь. Ласковый, – кивнула в ответ знахарка.

– А почему был? – заинтересовался Шатун.

– Каторжные отняли, – грустно улыбнулась женщина. – Хорошо, саму не тронули. Только коня, да еду из дома всю забрали.

– Поймали? – зло уточнил Руслан.

– Вдогон за ними казаки шли. Всех срубили. Да только и коняшка тот в бою рану тяжкую получил, – скривился Кузьма. – Добить пришлось. А мне тогда ещё одного коня не купить было.

– Ничего. Присмотри в табуне подходящего да вышколи. После ей и отдашь, – тут же нашёлся Руслан. – Чтоб и под седло, и в оглобли. Только спокойного. Ей раненых да больных возить.

– Добре. Сполню, княже, – склонив голову, пообещал казак. – А с этим неслухом чего делать? – повернулся он к женщине.

– Дай, – сказала Хизарат, требовательно протягивая руку к недоуздку.

Кузьма передал ей ремень, и женщина, подойдя к жеребцу, принялась что-то тихо шептать, ласково поглаживая его по морде. Словно прислушиваясь, конь опустил голову ей на плечо и только тихо пофыркивал, иногда прядая ушами. Хизарат сняла с него недоуздок и, хлопнув по шее, отступила в сторону. Жеребец, пробежав десяток метров, остановился и начал обходить прогалину по кругу, иногда пощипывая траву. Потом, выйдя на середину поляны, конь не спеша подогнул колени и, повалившись на бок, принялся валяться по траве.

– Хорошо. Значит, я не ошиблась, – обрадованно улыбнулась знахарка и тихо, переливчато свистнула.

Жеребец, поднявшись, встряхнулся и не спеша вернулся к ней. Надев на него недоуздок, Хизарат снова погладила его по морде и, достав откуда-то из складок юбки ржаной сухарь, угостила. Жеребец, схрупав угощение, спокойно позволил подвести себя к конюховой кобыле и, словно убедившись, что на этом его миссия окончена, снова принялся щипать траву.

– И что дальше? – не удержавшись, поинтересовался Руслан, недоумённо глядя на женщину.

– Вот тут дом и прикажи строить, – пожала та плечами. – А теперь пусть меня обратно отвезут. Как построят, пришлёшь людей, чтобы переехать помогли.

– Добре, – коротко кивнул Руслан.

– И про повозку не забудь, князь. Ты слово дал, – напомнила женщина, усаживаясь в коляску.

Сидевший за кучера казак звонко щёлкнул бичом, и коляска, в сопровождении пары казаков, выкатилась на дорогу.

– Твою мать, а жеребец-то тут при чём? – обиженно буркнул Руслан, глядя ей вслед.

– Ты чего, княже? Неужто не слыхал, что конь ни за что в дурном месте ни пастись, ни валяться не станет. Древнее это правило. Было время, так и для церквы место доброе искали, – ответил Кузьма, расслышавший его вопрос.

Несмотря на возраст, слух и зрение у казака были такими, что и молодым позавидовать можно.