Шерлок Холмс и крест короля

Только теперь я обратил внимание на человека, сидевшего впереди и чуть в стороне от нас. Это был, попросту говоря, толстяк с морщинистой физиономией желтушного цвета. Легкий летний костюм из коричневого хлопка сидел на его тучном теле наподобие мешка. Когда лорд Артур поднялся и задал свой вопрос, этот господин отрывисто охнул, а после ответной речи младшего министра обернулся к нам со смешанным выражением триумфа и облегчения на болезненном лице. Казалось, он предлагал всем присутствующим заодно с ним порадоваться поражению лорда Артура.

Наконец объявили начало голосования, хотя зал заседаний был полон примерно на четверть. Те, кто выступал за принятие нового закона, направились в коридор налево от спикера, а их противники двинулись направо. Даже невооруженным глазом мы могли определить, что парламентариям, считавшим гадания невинной забавой, досталась легкая победа. Лорда Артура я увидел в конце менее длинной очереди из двухтрех дюжин человек, поддержавших предложенную поправку.

Затем члены палаты вернулись на свои места, и спикер огласил итоги, которые соответствовали моим ожиданиям:

— Голосование окончено. Тридцать один голос подан «за». Девяносто пять — «против». Воздержавшихся нет. Посему я объявляю, что предложение отвергнуто с перевесом в шестьдесят четыре голоса. Палата приступает к третьему чтению билля «О гигиене для скотоводов и животноводов».

— Как любопытно, — сказал Шерлок Холмс.

Лорд Артур вернулся на свою скамью. Поскольку после обсуждения билля о животноводстве он должен был подсчитывать голоса «за», мы знали, что он никуда не уйдет до тех пор, пока дебаты не будут завершены или отложены. Его титулованный кузен провел нас в свой кабинет, расположенный за палатой лордов и выходивший окнами на высокую террасу над Темзой. Наш клиент подошел к своему столу, разлил виски из графина по трем бокалам, затем выпрямился и предложил нам выпить.

— Зачем он задал этот глупый вопрос? Почему он проголосовал в поддержку того самого закона, который прежде осуждал (я сам тому свидетель) как предрассудок, подавляющий свободу мысли?

— Шантаж, — просто ответил Холмс.

— Неужели? Но чем его могут шантажировать?

— Милорд, не допускаете ли вы, что так называемый хиромант предсказал вашему двоюродному брату совершение деяния, угрожающего ему уголовным преследованием или осуждением людей?

— Какого именно деяния?

— Полагаю, убийства.

— Но мой кузен никого не убивал!

— Вероятно, еще нет.

Лорд Блэгдон дал привратнику распоряжение оповестить его, как только в палате общин объявят очередное голосование. По оглашении результатов лорд Артур мог покинуть заседание. Нас вовремя предупредят об окончании дебатов, и он не ускользнет незамеченным. Так, по крайней мере, мы думали.