Шолохов. Незаконный

Так много облаков только на Дону.

Неспешный паровичок катал Шолохова туда-сюда, когда в Москве назревали дела. 7 ноября 1927 года Серафимович пригласил в гости Шолохова. Тот приехал, когда уже собрались за столом невиданные знаменитости.

Анри Барбюс – французский писатель, участник Первой мировой, автор военных романов «Огонь» и «Ясность», принесших ему славу. Он воспринял революцию в России как великое мировое свершение и вступил во французскую компартию.

Бела Иллеш – венгерский писатель, тоже участник Первой мировой, состоял в Международной социалистической партии Подкарпатской Руси.

Спасаясь от политических преследований, в 1923 году он переехал в СССР. Здесь написал пьесу «Купите револьвер», которую поставили в Театре Революции.

Мартин Андерсен-Нексё – датский писатель, один из основателей коммунистической партии Дании, автор популярного в СССР романа «Дитте, дитя человеческое».

В тот день Серафимович скажет:

– Друзья мои! Перед вами – молодой писатель земли русской. Он моложе меня более чем на сорок лет, но я должен признаться, во сто раз талантливее меня. Имя его ещё многим неизвестно, но через год его узнает весь Советский Союз, а через два-три года – и весь мир…

Что называется: как в воду глядел.

Так поэт Некрасов и критик Белинский, прочитав роман «Бедные люди» Достоевского, онемели от восторга: явился новый Гоголь.

Достоевский ведь тоже начал писать в 19 и, немногим позже Шолохова, в 23 года, приступил к роману, спустя год его закончил и – стал мировой величиной.

Серефимович был по-отечески, без малейшей литературной зависти счастлив: явился новый Толстой, из народа, из безвестных татарчуков – и он первый это чудо разглядел!

28 декабря 1927 года в газете «Молот» вышел фрагмент романа.

А в январе 1928-го случилось очередное чудо русской литературы: журнал «Октябрь» начал публиковать «Тихий Дон». Первая книга романа вышла в четырёх номерах подряд, с января по апрель. Он сделал её за десять месяцев: с ноября 1926-го по сентябрь 1927-го. К апрелю 1928-го был уже готов второй том: полгода ушло на его доработку. С учётом первых подступов к теме в те же плюс-минус десять месяцев уместилась работа и над ним тоже.

Щедро, ловко, радостно творилось Шолохову.

Скорости огромные, конечно, – хотя, не аномальные.

Литература знает и куда более радикальные примеры: скажем, всё тот же Достоевский написал роман «Игрок» за 26 дней.

Дмитрий Фурманов немногим ранее выпустил один из первых классических романов советской литературы – «Чапаев»: эта книга тоже, как и в шолоховском случае, была написана менее чем за год.

Когда всё и так хранится в голове – надо только поспешать за собственной пишущей рукою.

Тем не менее это всё равно по сей день кажется обескураживающим.