Шолохов. Незаконный

Писательское руководство подбиралось в трудных спорах, о которых можно судить по написанному в первые дни августа письму Горького Сталину: «Серафимович, Бахметьев да и Гладков, – на мой взгляд, – “отработанный пар”, люди интеллектуально дряхлые. Двое последних относятся к Фадееву враждебно, а он, остановясь в своём развитии, видимо, переживает это как драму, что, впрочем, не мешает его стремлению играть роль литературного вождя, хотя для него и литературы было бы лучше, чтобы он учился <…> Я не верю в искренность коммунизма Панфёрова, тоже малограмотного мужика, тоже хитрого, болезненно честолюбивого, но парня большой воли.

Он очень деятельно борется против критического отношения к “Брускам”, привлёк в качестве своего защитника Варейкиса, какой-то Гречишников выпустил о нём хвалебную книжку, в которой утверждается, что “познавательное значение ‘Брусков’, без всякого преувеличения, огромно”, и повторена фраза из статьи Васильковского: “’Брусков’” не заменяют и не могут заменить никакие, даже специальные исследования о коллективизации”. Разумеется, в книжке этой нет ни слова о “Поднятой целине” Шолохова…»

Против Шолохова в любых руководящих органах ни Сталин, ни Горький ничего не имели.

Но сам Шолохов руководящих должностей занимать не желал и, получая подобные предложения, раз за разом ссылался на то, что, находясь в Вёшенской, ему сложно следить за московскими событиями.

Съезд начался 17 августа 1934 года и продлился до 1 сентября.

При всей значимости этого события Шолохов потерял ещё полмесяца литературной работы.

Съезд проходил в Колонном зале Дома союзов.

Государство возносило литературу на ту ступень, которую литературные деятели не занимали ранее нигде – ни в России, ни за её пределами. Список делегатов включал 597 человек. Никогда ещё в истории России столько литераторов в одном месте в одно время не собирались. На съезде были представлены писатели и поэты 52 национальностей страны, в том числе 201 представитель титульной нации, 113 евреев, 28 грузин, 25 украинцев, 19 армян, 19 татар, 17 белорусов, 12 узбеков, 10 таджиков.

О съезде писала и советская пресса, и мировая.

Было приглашено множество гостей, в том числе 40 зарубежных литераторов, в числе которых были Луи Арагон, Мартин Андерсен-Нексё, Жан-Ришар Блок, Вилли Бредель. Инженеров человеческих душ приветствовали представители рабочих и колхозников, вооружённых сил и флота. Сталинские ставки и здесь были ясны: население Страны Советов должно было не просто стремительно получить массовое образование, но и научиться понимать словесность. А также театр, симфоническую музыку, живопись.