След бури

И всё окажется на своих местах: ожидание встречи с Кириллом и его сильных рук, от одного прикосновения которых перехватывает дыхание. И Тора, по обыкновению сидящая над вышивкой в дальнем углу комнаты, что-то тихо бормочущая себе под нос.

А, может, она проснётся на Клипбьёрне семнадцатилетней девчонкой и, накинув на плечи недавно подаренную отцом шубу, выйдет на улицу, вдохнёт неповторимо свежий морозный воздух, пропитанный запахом хвои и холодный вод Нейры. Взъерошит мех на воротнике ветер с фьордов. Сигнар вечером прибежит к ней тайком, и они будут целоваться до головокружения.

Не будет ничего: ни обиды, ни сжигающей душу ненависти к Младе, ни леденящего страха перед Грюмнёрэ с непроницаемым лицом.

В этом непонятном, мутном состоянии прошло три дня. И четыре. А затем детинец всколыхнуло страшное известие.

Во время очередной проверки работы городской стражи погиб Виген.

Сражение затихало, как стихает ветер после бури. Вельды отступали. Неизвестно, кто отдал им такой приказ, но они повиновались ему все, как один. Распалённые боем княжеские воины гнали их дальше в лес. Лучники сыпали в спины стрелами — перебьют всех до единого.

Но нужно оставить хотябы несколько человек в живых, чтобы было, кого допросить.

Кирилл окликнул Бажана, который уже шёл к нему, ошалело осматриваясь и глубоко дыша.

— Бажан! Нужно их догнать. Прикажи, чтобы взяли пленных.

Кирилл огляделся в поисках хоть какого-нибудь коня, но перепуганные лошади разбежались. Теперь они топтались тут и там вдалеке да зыркали по сторонам. Не приближались, но и совсем не убегали.

Бажан свистнул. На зов, распугивая всех на своём пути, тут же примчался его мощный гнедой жеребец. Кирилл только и успел шагнуть в сторону — а то эта зверюга затопчет и не заметит.

Воевода ухватил коня под узду и тяжеловато запрыгнул в седло. Жеребец присел на задние ноги и, извернувшись, попытался цапнуть хозяина за колено. Уж непонятно, за что осерчал. Бажан натянул поводья, уверенно пришпорил своенравного коня и тот, лишенный выбора, метнулся вперёд.

Кирилл, точно зная, что старик верно понял его и отдаст нужные распоряжения разбушевавшимся воинам, направился к шатру жреца, до которого так и не успел пока добраться. Суматоха вокруг него уже стихла, а тел вельдов — прибавилось.

Чем ближе он подходил, тем сильнее хотелось повернуть назад, словно шатёр был окутан тёмным ядовитым дымом, видимым только ему одному. Похожее чувство он испытывал, когда Рогл пришёл к нему в покои. Такая же тревога, желание отгородиться заливали грудь и голову. Плечо саднило, напоминая о том, что у него, возможно, осталось не так много времени.

Кирилл сильнее запахнулся в плащ, прикрывая раненую руку. Ещё стоит побороться с судьбой. Нужно найти жреца: он сможет дать ответы на многие вопросы.