След бури

Возможно, её казнят вместе с ним, — Хальвдан старался придать своему голосу как можно больше безразличия, но Кирилл слышал, как тот изменился, потерял уверенность и обычную твёрдость. — И нам, похоже, угрожает новая напасть. Если волхв не врёт. С гибелью вельдов ничего не закончилось.

— Ты хоть понимаешь, что мне всё равно? А? — вспылила Млада. — Я исполнила свой долг, пусть и через много лет. Я отомстила за свой род. Я узнала, что моя сестра жива. Теперь просто дайте увидеть, как казнят Зорена, и больше мне ничего не нужно. Мне плевать на то, что дальше будет с княжеством, Кириятом и тем более…с тобой, — она осеклась, но потом повторила громче: — Плевать!

Развернулась и ушла, проталкиваясь меж кметей, которые, привлеченные её возгласом, растерянно смотрели на Хальвдана.

Тот на несколько мгновений неподвижно уставился в пламя, как будто окаменел, но тут же очнулся и рявкнул на парней:

Дружинники спешно отвернулись. А верег снова замер в размышлении. Неужто так сильно ударили его слова Млады? Но не ко времени ковыряться в его думах. Слишком много е ещё предстояло сделать — не до душевных терзаний нынче.

Хальвдан вздрогнул от осторожного прикосновения к его плечу.

— Эй, ты в порядке? — только и спросил Кирилл. Этого пока было достаточно.

Верег кивнул и ободряюще улыбнулся:

— Да, я в порядке. Просто устал, как собака.

Кирилл недоверчиво прищурился, но больше не стал ничего говорить. Медленно развернулся и ушёл, оставив друга наедине с собой.

До самого утра его одолевали смутные сновидения. Это не были кошмары, но они заставляли чувствовать тревогу и терзаться нехорошими предчувствиями.

Несколько раз ему виделась Млада, и её образ был окутан до странности тёплым светом, таким, что хотелось протянуть руку и коснуться этого пленительного сияния. Как будто воспоминание о ней осталось единственным светлым пятном в памяти. Как будто он знал её настолько хорошо, что она стала родной. И лишь в ней было спасение.

А за спиной воительницы расползалась сплошная темнота, и становилось жутко от мысли, что один неверный шаг — и больше ничего не будет. И никого. И Кирият рассыплется впрах. Войско, что убило Восточное ополчение, не оставит от княжества камня на камне.

И все, кого он знает, сгорят, развеются пеплом над холодными водами Нейры…

Может, и Нейры тоже не будет, останутся только пустота да выжженная земля…

Чей-то голос выдернул Кирилла из крепкого плена тяжелых сновидений. Сначала он едва слышно ввинчивался в сменяющие друг друга образы посторонним шумом, но становился всё отчётливее и громче.

— Какого…тебе от меня надо? — простонал Кирилл, когда понял, что его будит Лешко.