Слово Императора

– Да я и не утверждал, что это точные сведения, – дипломатично согласился собеседник. – Ладно, главное я сказал: если будете продолжать так же усердно работать, у тебя есть возможность получить наследника, – ухмыльнулся он. Я недовольно поморщился, но кивнул, принимая сделанный вывод. – Да, и чуть не забыл. Поговорил бы ты на эту тему со старшей жрицей; все-таки, что ни говори, а подобные вопросы в ее компетенции.

– Ты же знаешь, что она меня с рождения не очень-то жалует, – скривился я. – Да и я эти святилища терпеть не могу.

– А ты вообще с ней общался после принятия титула? – осторожно уточнил Мунар.

– Только перед вашим с Зарой обрядом и по поводу вас, – признал я. – Ладно, под хвост эту старую ведьму. У тебя все?

– Почти, последний вопрос. Ты уже определился с маршрутом и датой своих «визитов вежливости»?

– Нет, – недовольно проворчал я. – Слишком много территорий, требующих внимания, а время ограничено. Но склоняюсь к мысли прошвырнуться по периферии. Начиная с островов. А по дороге заглянуть в пару стратегически важных мест.

Практика «визитов вежливости» императора (поначалу, конечно, Владыки) существовала столько, сколько существовал Руш как государство.

В общем-то подобное принято не только у нас: из столицы страной не науправляешься, так что ответственные правители не гнушались посещения с инспекцией самых удаленных уголков.

С развитием магии и появлением дирижаблей делать эти визиты стало гораздо проще, да и эффективность их повысилась, и теперь я собирался использовать полученные возможности по максимуму. Во время войны голова была по большей части занята внешней политикой, а не внутренней, поэтому долгих и основательных выездов у меня не случалось.

В Таре так я вообще не был ни разу за свою жизнь, несмотря на его относительную близость к столице: повода не было.

Южные острова – довольно специфическое место, и в войну было совершенно не до них. Рай по эту сторону смерти, где выращивают фрукты, ловят рыбу, пасут овец, никуда не спешат и умеют получать удовольствие от жизни, не напрягая себя чрезмерным трудом и столичными проблемами. В довоенное время было модно ездить туда отдыхать от суеты.

– А Александра? – уточнил Мунар.

– Естественно, поедет со мной, – ответил я.

Эта идея мне и самому не вполне нравилась: я не был уверен, что, во-первых, женщина готова к встрече с простыми оборотнями, и, во-вторых, что готовы эти самые оборотни. Но такая «полевая работа» была для нее отличной практикой. А самое главное, я не мог, да и не хотел оставлять ее одну почти на месяц.

Мои отношения с собственной женой за прошедшие с обряда полторы декады приняли очень странную форму. Скорее даже непривычную.