Слово Императора

Скоро уже! Что такое месяцы для полувекового ожидания, да, Владыка? Первопредок не любит пустого своеволия, но любит хорошую шутку. Я ее прогнала, а она принесет мне свободу. Моя упрямая тень! А ты, Владыка, не мучь себя. Ты волю праотца знаешь и вершишь, и все правильно. Кровь Первопредка не пролита, и все верно идет. А котята… Дикий виноград сам растет, сам родит, сам бродит; ему солнце срок устанавливает. Все правильно будет.

– Новой старшей жрицей будет дочь Зары? – ошарашенно уточнил я.

– Смешно, правда? – без намека на улыбку проговорила она.

 – Первопредок был сердит на меня за твоего деда. Он не вмешивается в нашу жизнь напрямую, но… учит. Я только недавно окончательно поняла, что полжизни была слепа, а не после ухода зверя. И когда я это поняла, появилась она, новая, – неожиданно внятно и связно объяснила жрица.

– Арур решил, что Владыка не нужен оборотням, что хватит императора. Решил, что знает все лучше Первопредка. Это тоже был урок, урок твоему роду, Шаар-ан. Спросишь, почему старуха разговорилась? – усмехнулась она. – Мы не увидимся больше, Владыка.

А тебе стоило это услышать, чтобы не наворотить дел. Чти Первопредка, мальчик. И котят расти правильно!

Известие о предстоящем вскоре отъезде застало меня врасплох. Я уже настолько втянулась в установившийся режим дня, поглощенная усвоением новых сведений, что о внешнем мире не вспоминала. За полторы декады я только отправила несколько писем домой, отцу и брату, и этим мое общение с реальностью за пределами замка ограничилось.

В письмах я старалась не вдаваться в лишние подробности: сомневалась, что они не попадут в чужие руки, а выворачивать душу перед бесстрастными дешифровщиками и экспертами не хотелось.

Но при этом все-таки попыталась донести до родных мысль о том, что у меня все хорошо, оборотни не обижают, муж ведет себя на удивление прилично, и вообще меня, кажется, все устраивает.

Но письма письмами, а поговорить по душам очень хотелось. Просто поговорить с кем-нибудь хорошо и давно знакомым, лучше всего – с отцом. Спросить совета или скорее услышать заверения, что все нормально и ничего страшного не происходит.

Потому что сама я это умом понимала, но принять и уложить в душе никак не могла. Да что там, я даже толком сформулировать не могла, что именно меня не устраивает!

Наверное, я просто слишком настроилась на то, что брак с оборотнем окажется серьезным испытанием, а когда особенных испытаний не возникло и, более того, все оказалось невероятно благостно, возник внутренний конфликт. Готовность к трудностям есть, но их – нет, и это нервирует.

Вот кто не дергался по пустякам, так это Руамар.