Слово Императора

Все эти суеверия… не зря у нас Первопредку служат женщины; им интереснее и проще принять все эти странные представления. Меня же всегда больше интересовали законы физики, а не древние сказки.

– Да, я уже поняла, что ты – на редкость прагматичный оборотень, – усмехнулась я.

– Это плохо? – неожиданно уточнил он.

– Не знаю, все относительно. С моей точки зрения, это большая удача.

– Как минимум потому, что ты не засадил меня за рукоделия и не заставил сидеть взаперти, не высовывая нос из покоев. – Я насмешливо фыркнула.

– По крайней мере, имел право.

– И ты бы послушалась? – В голосе оборотня отчетливо прозвучало недоверие.

– Конечно, куда бы я делась! Более того, к чему-то подобному морально готовилась, – вновь не удержалась от улыбки я. – С твоим братом все было понятно, он довольно бесхарактерный субъект, и с ним я бы вполне могла сладить; а с тобой мне оставалось бы только смиренно кивать и слушать распоряжения. Во всяком случае, если верить твоим характеристикам.

– И ты была на это готова? – Недоверие так никуда и не делось.

– Можно подумать, у меня был выбор. – Я пожала плечами.

 – Мир важнее отдельной жизни, это очевидно. И уж точно я не ожидала, что все сложится вот так.

– Что мне будет хорошо, – проговорила я, чувствуя непонятное смущение. – Что исполнение долга вдруг превратится в весьма… удачный брак. Говорю же, я очень мало о тебе знала. Например, и представить не могла, что буду вот так лежать с тобой рядом и любоваться на звезды. У тебя весьма грозная репутация. Но я сейчас догадываюсь, как и почему она сложилась.

Опять повисла тишина, и я неожиданно поняла, что больше всего мне сейчас хочется узнать, о чем думает лежащий рядом со мной мужчина.

Некоторое время я так и эдак крутила в голове эту мысль и продолжала удивляться, на этот раз – собственной нерешительности. Почему-то задать интересующий вопрос я сейчас физически не могла, он колом вставал в горле и категорически отказывался звучать вслух. Очень странное и непривычное ощущение.

В конце концов я приподнялась на локте, заглядывая мужу в лицо. Толком разглядеть в темноте я ничего не могла, но в открытых глазах отражались звезды, и это… завораживало.

– Руамар, – окликнула я его.

– Мм? – Он моргнул, очнувшись от глубокой задумчивости, и, кажется, перевел взгляд на меня.

– Почему ты поцеловал меня в дирижабле? – спросила я совсем не то, что собиралась, и сама замерла от неожиданности. Учитывая значение, которое оборотни придавали этому простому жесту, вопрос был более чем неудобный. Хотя оборотень почему-то не спешил огрызаться и рычать.

– Не знаю, – наконец со вздохом проговорил он. – Обстановка располагала. А что, не надо было? – усмехнулся оборотень.