Слово Императора

Анамар, успеешь до завтра? Похоронить с соответствующими воинскими почестями, а по поводу участия в заговоре… Придумай что-нибудь, не мне тебя учить. Мол, использовали, сбили с толку, воспользовались скорбью одинокого старика о погибших детях, можно намекнуть на присутствие в этом деле магии и чифалей, от них не убудет. Сделай упор на былые заслуги, а не на обстоятельства смерти; надо траур объявить, по нему и отдавшим жизни стражам. Да, кстати с последними…

– Разумеется, – кивнул генерал. – Все как полагается.

– Мой дирижабль нашли? – Император бросил взгляд на Мунара.

– Пока нет, ищут, – вздохнул тот.

– В общем, и об этом надо объявить. Когти Первопредка! Нет, с речью выступать надо мне самому, не тот масштаб. Завтра на закате на Соборной площади объявить обо всем, траур на неделю… Вот же облезлый хвост, кем я теперь Вура заменю?! Сам же его отдыхать отправил на дирижабль; называется, пожалел парня! – проворчал Руамар и вновь тихо выругался себе под нос.

– Я тебе кого-нибудь подберу, – кивнул Мунар.

– Да, спасибо. Ладно, предлагаю на этом заканчивать, надо хоть немного поспать.

Предложение оборотни восприняли с энтузиазмом, и через пару минут мы с мужем остались вдвоем.

– Ты больше не злишься? – тихо спросил Рур, перетягивая меня к себе на колени.

– Я… не знаю, к этой мысли надо привыкнуть. – Я поморщилась, устраивая голову у него на плече. – Если и злюсь, то исключительно на вашего Первопредка с его шуточками.

– А я, стало быть, тоже блохастый коврик? – спустя минуту со смешком сказал оборотень.

– Еще какой, – хмыкнула я. – Рур, как такое может быть? Как можно сделать из человека оборотня? Это же… невозможно.

Безразличная пустота внутри после схлынувшего гнева потихоньку заполнялась другими эмоциями. Досадой, раздражением, тоской, даже – страхом. Правда, сейчас в мрачной картине стали прорисовываться более светлые штрихи. Например, что жизнь не заканчивается даже несмотря на все эти странности, да и я вроде бы осталась самой собой. Наверное, если бы у меня все-таки выросли кисточки на ушах или когти на пальцах, принять все было бы сложнее. А так… можно попытаться отстраниться от всего и на время забыть об изменениях в собственном организме. Подумаешь, в кого-то там превратилась! Иммур вон сумел свыкнуться с этой мыслью и освоиться в новом мире, а ему было тяжелее.

– Мне это тоже интересно. – Рур слегка пожал плечами. – Я тоже ни о чем подобном никогда не слышал, а получается, ничего удивительного в этом нет. И какая-то странная жрица в глуши знает то, чего не знает старшая. Хотя, может, знает, просто не говорит.

– А все-таки почему ты не хочешь задать этот вопрос Первопредку?

– Посмотрим, – отмахнулся он.