Слово Императора

Я – в том числе, хотя шушукаться мне было не с кем, и оставалось просто молчать, улыбаться и разглядывать гостей.

Первым от шаблонных фраз отступил отец.

– Насколько я могу видеть, вы и моя дочь сумели найти общий язык? – осторожно уточнил он.

– Думаю, вполне. – Чуть улыбнувшись, Руамар вскользь бросил на меня веселый взгляд, но тут же опять посерьезнел. – А еще я думаю, сейчас самое время принести вам свою искреннюю и глубочайшую благодарность, Димир. – Владыка Руша под удивленные шепотки глубоко склонил голову. – Война длилась столько лет, но самый ценный ее трофей вы вручили мне в знак доброй воли вместе с подписью на мирном договоре – свою дочь. Я должен был просить ее руки, но Первопредок исполнил это желание без просьб.

Я едва удержалась от смешка. Вот как у него получается, имея опыт общения с этим безалаберным типом, произносить «Первопредок» с таким пиететом?

А в зале между тем повисла тишина; не то чтобы мертвая, но голоса заметно стихли. Заявление императора было более чем ясным и довольно громким, для многих еще и весьма неожиданным. Для большинства наша с ним гармония была ширмой, спектаклем, и всерьез поверить в успешность этого союза многие не могли. Подобное же публичное заявление значило гораздо больше, чем местные цвета власти и любые знаки внимания ко мне. Свое решение внутри страны Руамар еще мог изменить – мол, наиграется и плюнет, – а теперь пути назад уже не было. Брак публично признан не просто добровольным, но и вполне желанным. Уже не обязательство перед страной, а осознанный выбор человеческой женщины в пику всем традициям, обычаям и привычкам. Лично у меня слова императора потрясения не вызвали; я-то, в отличие от большинства посторонних, прежним обещаниям и, главное, поступкам собственного мужа верила.

– Я рад, что вы оценили Александру по достоинству, – медленно кивнул император Орсы в ответ. – Как отец я не мог бы найти для дочери лучшего мужа. И я счастлив благословить этот союз.

Тоже довольно громкое и решительное заявление, хотя и не настолько остро принятое людьми, как слова Руамара – оборотнями. Но это тоже неудивительно: все, кто входил в состав делегации, прекрасно знали об отношении Димира к своим детям и, думаю, вполне могли ожидать подобного. В конце концов, мы с мужем действительно выглядим достаточно довольными жизнью, чтобы отец перестал тревожиться за мое здоровье и эмоциональное состояние.

А вообще забавная получается политическая ситуация.