Чужая путеводная звезда

Воля сильнее, костюм дороже, усталость больше, цинизм тверже. Вот и вся разница.

— Перечисляя причины, по которым полиция прибрежного государства может вмешаться в расследование преступления, произошедшего на иностранном судне в нейтральных водах, вы упустили один немаловажный пункт. В Конвенции ООН по морскому праву черным по белому написано, что полиция может подняться на борт и начать расследование, если капитан судна обратится к ним с просьбой о помощи. У вас есть основание для того, чтобы сознательно от этой помощи отказаться?

Олег почувствовал, что против воли краснеет. Да, Аркадий Беседин был человеком умным и обладал широкой эрудицией. Ничего удивительного, что он знает содержание Конвенции ООН по морскому праву.

— Я по первому образованию — юрист, — олигарх усмехнулся, словно прочитал Олеговы мысли.

— Я не пытаюсь ничего скрыть или утаить, если вы об этом, — медленно сказал Веденеев. — Просто перед тем, как принимать решение, обращаться мне за помощью в полицию или нет, я должен сам четко понять, что здесь произошло. У «Посейдона» есть владелец, который вряд ли будет в восторге от того, что его судно может оказаться втянуто в международное расследование. Но он — человек законопослушный и, несомненно, порядочный. Если мы обнаружим доказательства того, что на яхте произошло убийство, он не заставит меня скрыть этот факт. Если смерть госпожи Репниной вызвана естественными причинами, то я не вижу нужды привлекать к «Посейдону» внимание полиции.

— Вы собираетесь вести расследование? — Губы Беседина вновь искривила легкая улыбка.

— Да, — коротко ответил Олег. — А что вы видите в этом странного? Или невозможного?

— То есть обещанный нам в плавании детектив все-таки будет, правда, не по тому сценарию, что запланировал Марк, — сказала Ида.

Она выглядела спокойной, практически безмятежной, от недавнего волнения, связанного с возможным появлением на яхте полицейских, не осталось и следа. Марк обескураженно кивнул:

— Да, в разработанном мной для путешествия сценарии значилось совсем другое. Но хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах. Сначала пропажа кольца, теперь смерть Маргариты.

— Хочется верить, что больше ничего не произойдет, — вступил в разговор Алексей Китов. — Господин капитан, мне кажется, что первое, что вы должны сделать как должностное лицо, — это обеспечить безопасность остальных пассажиров.

— Разрешите мне самому определить, что я должен и буду делать. — Веденеев умел говорить решительно. Настолько решительно, чтобы отбить у собеседника всякое желание продолжать. — Итак, во-первых, господин Репнин после того, как найдет полис, свяжется со страховой компанией, и мы определимся, что делать с телом.