Смех Циклопа

Тем временем в недрах дворца, в потайном подземелье, Ниссим Бен Иегуда и трое его учеников изобретали новую науку – науку смеха. День за днем они все больше восторгались невероятными возможностями этой науки.

Большая история смеха. Источник: GLH.

Комиссар Малансон медленно сплетает и расплетает пальцы. У него короткая седоватая бородка и разочарованный вид.

Над его столом соседствуют два портрета: президента республики и его личного кумира, Генри Фонды в фильме «Меня зовут Никто».

Из камеры-вытрезвителя доносятся громкие вопли, там колотят в дверь.

– Должен признаться… Все, что вы рассказываете, звучит как-то надуманно, все это как-то, я бы сказал, притянуто за уши, а то и за волосы, – говорит комиссар, довольный своим красноречием.

Лукреция Немрод старается сохранять спокойствие.

– Я журналистка. Я рассказываю о том, что видела собственными глазами в ходе профессионального расследования.

Полицейский устало морщится и смотрит на настенные часы: 2.02 ночи. У него слипаются глаза, парочка, вторгшаяся в его кабинет, помешала ему дремать на раскладушке. Он бы охотно вытолкал их взашей, но изгнанию помешала надпись «Геттёр Модерн» на визитной карточке с триколором.

– Допустим… Но журналисты, в отличие от нас, не присягают говорить только правду и никогда не лгать. Насколько мне известно, не существует никаких контролирующих инстанций, которые следили бы за тем, что вы публикуете.

Исидор не может не одобрить его слова кивком.

– Над полицией стоит другая полиция. А какая, хотелось бы мне знать, полиция ловит вас на ошибках, сознательных и невольных? Вы можете позволить себе любые преувеличения, ничем не рискуя. А как учит меня мое ремесло, бесконтрольность побуждает человека злоупотреблять имеющейся у него властью.

– Он прав, – говорит Исидор.

Входит женщина в костюме цвета морской волны и отдает начальнику бумаги на подпись.

Исидор, вывернув голову, видит в дежурном помещении играющих в карты и позевывающих полицейских в форме. Кто-то печатает одним пальцем рапорт, перед ним сидит бродяга с разбитым в кровь лицом.

– Придется напечатать в журнале чистую правду о вашем нежелании сотрудничать. Как вам такой заголовок: «Комиссар, которого нельзя беспокоить»? Дальше я поведаю о том, как гражданку, избирательницу и налогоплательщицу преследовали трое вооруженных злоумышленников. Как они ломились ночью в частное жилище. И как она, сумев от них оторваться, обратилась за помощью в полицию, где услышала от комиссара, что ее журналистский статус лишает ее показания достоверности.

– Она права, – произносит Исидор.

– Без сомнения, мне придется также написать о не интересующих полицию преступлениях, совершаемых по понедельникам на глазах у четырехсот сообщников.