Смертельная верность

Надо будет спросить у Лиды, как зовут этого Лелика на самом деле. Правда, встречаться лишний раз с Лидочкой совсем не хотелось, но любопытство сильнее меня.

Но куда же подевался Димыч? Если предположить, что пришел он сюда совсем не для того, чтобы на Лариску с Лизой любоваться, а с целью что-то разузнать? Если так, то на площадке, где все делом заняты, его искать глупо. Он сейчас к кому-нибудь с разговорами пристает, пытаясь разузнать что-то, о чем люди на допросах умалчивают.

Я поднялась со скамейки и пошла в обход площадки, с каждым кругом все больше углубляясь в лес. Навстречу попадались гуляющие с собаками хозяева, но Димыча нигде не было. Оставалось только одно место, где он мог быть — домик центра дрессировки. Вот он, кстати, за деревьями виднеется. Если не выбираться на тропинку, а пойти прямо через кусты, можно здорово сократить путь.

Через пару минут я об этой идее пожалела. Продираться сквозь заросли шиповника было не просто трудно, а почти невозможно. Я натянула рукава куртки на кисти рук и такой вот импровизированной защитой раздвигала колючие ветки. Правда, капюшон надеть я догадалась не сразу, поэтому несколько раз пришлось останавливаться и отцеплять с веток волосы. Один раз я все же не успела увернуться и тут же почувствовала на щеке обжигающий хлесткий удар. Теперь, чего доброго, еще и царапина останется на пол-лица.

Наконец проклятый шиповник закончился, и я вывалилась на едва заметную в траве тропинку, ругаясь в голос и обещая себе никогда больше не быть такой идиоткой. Руки, несмотря на натянутые рукава, оказались расцарапанными. Про лицо даже думать не хотелось. Я пригладила, как могла, волосы, одернула куртку и присела, чтобы затянуть потуже шнурки на кроссовках.

Как только я оказалась на корточках, мне стало не до шнурков. И не до своего жалкого внешнего вида.

Прямо передо мной на желтых березовых листьях поблескивали в лучах заходящего солнца пятна крови. Свежие, еще ярко-красные, не успевшие потемнеть. Кровяная дорожка начиналась от тропинки, на которую я с таким трудом выбралась, и уходила дальше, в темнеющий на глазах березняк.

Я с трудом проглотила появившийся непонятно откуда комок в горле и беспомощно обернулась. Голоса с площадки едва слышны. Домика совсем не видно. Наверно я сбилась с нужного направления, сражаясь с колючками. Вокруг никого. Некого позвать на помощь. Хотя, помощь мне пока и не требовалась. Мне требовалась компания, чтобы не было так страшно идти в этот чертов березняк. Можно, конечно, вернуться, отыскать Димыча и вместе с ним посмотреть, что там сейчас происходит, и откуда взялось столько крови на траве. Но я была уверена, что если уйду сейчас, потом ни за что не найду это место. А значит, придется идти одной. Ведь просто так кровь на земле не появляется.