Смертник из рода Валевских #09

Вяземские прекрасно понимали, что такое долг, и на что нужно идти, когда интересы рода противоречат личным пристрастиям.

— Я согласна, — произнесла Миральда Лертан, продолжая смотреть строго перед собой. Изначально принцесса, как, в прочем, практически все собравшиеся, была категорически против моего предложения, но после двух часов ожесточённых споров была вынуждена согласиться, что двоевластие — единственный способ удержать империю от развала. Ей, конечно, не хотелось даже прикасаться к старшему графу Вяземскому, но свои желания Миральда умудрилась спрятать за ширму безразличия.

Сейчас же, когда старый граф сменился на юного и красивого Георгия, ширма пала.

— Верховный епископ, прошу расторгнуть брак моего сына с Серленой Пржедецкой. Что для этого потребуется? — продолжил граф Вяземский, почему-то не сводя, при этом, взгляда с меня. Почему всем так хочется прожечь во мне дырку?

— Провести церемонию в Крепости, — ответил отец Ург. — Однако должен предупредить — этого должны желать обе стороны. Если хоть один из супругов будет против расторжения, Свет не позволит этого сделать.

— Когда мы можем это осуществить?

— Хоть сегодня, если эрцгерцог Валевский доставит нас всех в Крепость, — отец Ург тоже посмотрел на меня. Вот только пробить броню моей невозмутимости никто не мог. В противном случае взгляд, которым меня уничтожала Серлена, просто испепелил бы на месте.

— Отказ будет обоюдным, — заверил старший граф Вяземский, не давай сыну и его жене даже намёка на то, чтобы их брак сохранился. — Род и его интересы превыше личного. Что-то ещё?

— Этого достаточно, — заверил отец Ург и послышалось тихие всхлипы.

Серлена закрыла ладонями лицо и тихонько оплакивала свою незавидную судьбу. Девушка осознала, что её использовали как разменную монету и, как только она оказалась слишком легковесной, вышвырнули, как отработанный материал. Согласен, неприятное ощущение. Мне через пришлось пройти неоднократно. Вот только никто жалеть красотку не собирался. Жизнь продолжалась и в ней не было места горести одной отдельно взятой особе.

— Господа, позвольте вмешаться — двоевластие не закреплено законами! — возмутился один из придворных юристов.

Насколько я успел разобраться, являющийся по совместительству церемониймейстером и хранителем печатей. В общем, довольно важный дедок, служивший ещё предыдущему императору.

— У вас есть две недели, чтобы разработать и согласовать все необходимые нормы закона, — граф Шубной даже в мыслях не позволял себе сомневаться в том, что он станет будущим супругом императора, так что такие мелочи его не заботили. — Это рабочий момент, который в рамках этого заседания нет смысла прорабатывать.