Сначала было весело

Приоткрыв дверь, выглядываю.

В коридоре никого нет, но дверь в комнату Господина Кнута открыта нараспашку, и из нее доносятся звуки.

Неужели уже вернулись? В груди колет от дурного предчувствия.

Опустив флажок на пистолете так, чтобы стала видна красная точка, крепко сжимаю рукоять. Это придает решимости.

Подкравшись к открытой двери, заглядываю.

Растянувшийся на кушетке перед телевизором, карлик поворачивает ко мне лицо с широко распахнутыми глазами.

Удивление на лице тонет в кровавом месиве.

– За Нинку, – шепчу я, не веря собственным глазам. Я же целилась в грудь, где площадь попадания больше.

Телевизор, выбросив сноп искр, погас. Должно быть, пуля, пройдя сквозь череп карлика, попала в него и что-то закоротила. На экране рассыпались красные брызги.

Пнув рухнувший на пол труп, выглядываю в коридор.

Удивлюсь, если на грохот выстрела не придут посмотреть, что за шум.

Сердце, дернувшись, замирает.

Отступаю в глубину комнаты.

Ствол пистолета пляшет в руке.

В таком состоянии я и с двух метров промажу.

Поспешно приседаю за столом, надеясь непонятно на что.

Падающий из коридора свет меркнет.

В дверном проеме появляется и замирает силуэт Мордоворота. Еще шаг, и он увидит меня. Выскочить и выстрелить не успею – нет навыков, да и страх сковывает мышцы.

Петр Евгеньевич резко оборачивается на голос Вольдемара.

Не раздумывая, направляю пистолет в широкую спину и жму на курок. Раз, второй, третий… Второго шанса не будет.

В тот же миг из сопла автомата вырывается струя огня. Свист пуль, визг рикошетов, смачное чавканье разрываемой плоти, дикий вой.

И внезапно опустившаяся тишина.

Словно в замедленной съемке, Мордоворот начинает поворачиваться.

Окаменев, не могу отвести взгляд от темных пятен на спине.

«Стреляй же!» – вопит инстинкт самосохранения.

Полуобернувшись, здоровяк роняет автомат. Прижимает руку к груди, с удивлением смотрит на сочащуюся сквозь пальцы кровь.

Кашляет, забрызгивая красным дверь.

И оседает, словно кукла, у которой обрезали нити.

Продолжая целиться в него, выхожу из укрытия.

Ковролин под ногой мокрый. Отдернув ногу, смотрю, как выемка наполняется кровью.

Решительно приставляю ствол пистолета к виску людоеда и нажимаю на курок.

Горячие брызги на моем лице.

Выглядываю в коридор.

Вольдемар лежит на спине, раскинув руки.

На светлом фраке несколько черных дырочек. Рядом с правой рукой беспомощно шевелит лапками лежащая на спине черепаха.

Засунув пистолет в карман, поспешно поднимаю автомат.

Как им пользоваться?

Если с пистолетом более-менее понятно, то такой штуки в руках раньше держать не доводилось. Если бы была уверенность, что в пистолете осталось достаточно пуль… он вообще сколько зарядный?

Перевожу дыхание. В воздухе чувствуется гарь. А еще называется бездымный порох.