Снайпер разведотряда. Наш человек в ГРУ

Бинокль остался в ранце, поэтому пришлось воспользоваться оптическим прицелом. Группа солдат вытаскивает из кабины стрелка крупнокалиберный пулемет! С таким оружием они могут натворить много бед. Олег, не раздумывая, упал на бетонку и приготовился к стрельбе.

Четверо, нет, пятеро, один в самолете. Сначала выгрузили ленты с патронами, затем аккуратно взялись за пулемет. Олег выстрелил. Немец вместе с пулеметом свалился на бетон. Громкая ругань с проклятиями согнала с дерева дремлющих ворон. Второй выстрел, фигура в кабине стрелка исчезла. Трое собрались вокруг упавшего на бетон товарища, и Олег три раза нажал на курок.

Главным фактором бесшумной стрельбы является морально-психологическое давление. Противник догадывается о присутствии снайпера, но его не видит, страх стать следующей жертвой быстро перерастает в панику. Олег закинул за спину винтовку и продолжил свой путь, как вдруг сам стал объектом нападения. Группа немцев с пистолетами и автоматами цепью пошла в атаку. Их стрелялки на самом деле всего лишь пугалки, в Германии боевое автоматическое оружие для пехоты создадут лишь в сорок четвертом.

Олег перевел режим стрельбы на автоматический и начал стрелять стоя. Шесть патронов вылетело в один миг, у врага минус двое. Настало время проверить возможности «ТТ», благодаря уникальному патрону дистанция поражения на пятьдесят метров превышает немецкий МП. Олег начал свой танец под музыку щелчков затворов.

– Студент, мать твою, ложись!

Голос Василия заставил послушно плюхнуться наземь, в тот же миг над головой злобно зажужжал рой смертельных пуль.

– Экипажи бомбардировщиков, – пнув ногой трупы, констатировал Осип. – Боевые ребята, смело ввязались в чужую драку.

– Нам бы пулемет забрать, при отходе может пригодиться, – предложил Олег.

– Заберем, заканчивай с самолетом, а мы здесь покараулим, – ответил Василий.

Отогнав маслозаправщик, Олег пошел заливать водовозку, но кран выдал лишь тонкую струйку кипятка. Пришлось барабанить в окно котельной, голый по пояс кочегар ответил неприличным жестом. Пришлось пальнуть сквозь стекло, лампочка освещения разлетелась вдребезги, а кочегар невозмутимо покрутил пальцем у виска, но воду открыл. Наступил решающий момент пуска двигателей, пленный завел компрессор и присоединил шланг с турбинкой с хвостовиком.

Второй мотор словно дожидался момента и пошел с полоборота, а третий заставил понервничать. Турбинка выла и захлебывалась, двигатель лениво отмахивался лопастями. Летчик мартышкой метался по кабине, стучал пальцем по приборам, дергал всякие рычаги – тщетно.

– Нет подачи бензина, – принюхавшись к выхлопным патрубкам, констатировал Петр.