Снайпер разведотряда. Наш человек в ГРУ

Лететь предстоит в глубокий тыл.

– Полностью готов? Ничего не забыл? – строго спросил Моряк.

– Как я могу что-то забыть, если ничего не брал и не видел своего багажа? – огрызнулся Олег.

– Раз кусачий, значит, готов, – усмехнулся командир.

Тем временем Лейтенант расстелил карту и ткнул пальцем в центр:

– Высаживаемся на горное пастбище, ближайший населенный пункт в десяти километрах. Ты первый, сигналы для высадки прежние.

– Никаких контактов с местным населением! Повторяю – никаких! – добавил Моряк.

Лейтенант взял Олега за руку и, глядя в глаза, произнес:

– По агентурным сведениям немцы ожидают высадку советской разведгруппы.

Всю Германию не перекрыть, но гестапо оповестило население.

– Огни зажжешь через час после приземления, можно позже. Если раньше – это сигнал опасности, ты попал в плен.

Страшные слова и будничный тон Моряка заставили Олега содрогнуться. Он рискует угодить в плен с пытками и концлагерем! Раньше о подобном исходе он не задумывался, а сейчас стало по-настоящему страшно.

– По легенде ты связной, вот пакет для генерала Тито. Поэтому прыгаешь в своей форме с медалями и документами.

 – Лейтенант протянул облепленный сургучом мешочек из белой ткани.

– Что будет в моем багаже? – стараясь сохранять спокойствие, спросил Олег.

– Английская радиостанция с запасными батареями, сухпаек и парашют тоже английские, – ответил Моряк.

– Оптика работает днем и ночью, коробочка слева для обычной плоской батарейки. Пистолет верну на земле.

Английский десантный комбинезон вызвал у Олега скрытую усмешку. Локаторы ПВО давно смотрят в небо, первый советский радиоискатель «Буря» создан в тридцать четвертом, а РЛС «Редут» принят на вооружение в сороковом.

Радиодальномеры «Стрелец» придавались береговым батареям еще во времена Фрунзе. Немцы тоже не отстают и обязательно засекут самолет, а поиски подтвердят высадку одинокого английского парашютиста. Можно похвалить ГРУ за разумную предосторожность.

В самолете Олег вяло поздоровался с товарищами, обратил внимание на шкафообразную фигуру нового радиста и сел на свое законное место. Четыре часа полета пролетели одним мгновением, а когда бортстрелок приготовился открыть дверь, был полностью готов к прыжку.

После глухого хлопка раскрывшегося парашюта Олег принялся осматривать предполагаемое место приземления.

Далеко в стороне, куда улетел самолет, угадывается железная дорога, под ногами сплошная темень и тусклые огоньки деревни. Неожиданно возникло ощущение сильного ветра, который несет парашют прямо на огни, которые превратились в разложенные в форме креста костры. Подобного уговора не было, пришлось изо всех сил потянуть стропы, чтобы пригасить одну сторону купола.